А следом, кажется, у меня получается и вторую бровь эффектно задрать, не опуская первую.
– Так было надо, – глухо объявляет Санаду из-под струи воды, не пытаясь на меня оглянуться.
– М-м? – неопределённо тяну я.
– Правда надо. Налаживал межкантонные связи, – Санаду продолжает полоскать голову под струёй воды.
– Это ж как ты налаживал, что даже архивампирский метаболизм не справляется?
– Активно налаживал, – чуть подавшись назад, Санаду упирается лбом в край раковины. – Представляешь, мне пришлось копать картошку!
– Картошку?
– Ну, не картошку, местный аналог клубневого овоща.
У меня только один вопрос:
– Зачем? Неужели так проверяли твою трудоспособность?
– Угу, – вздыхает Санаду и роняет поднятую руку на раковину. – Кошмар.
– Э-э, ты же вроде правитель кантона, при чём тут картошка?
– Это всё Келтар!
– Правитель Эсганского кантона?
– Он самый! – Санаду приподнимает голову и тут же роняет её обратно на край раковины.
Сочувственно вздохнув (мне тоже доводилось отрабатывать эту повинность!), отправляюсь к плите варить кофе своему болезному архивампиру.
– И зачем, – спрашиваю я, – три правителя кантонов копали картошку по деревням?
– Келтар к труду приобщает. Говорит, это важно для понимания обывателей, позволяет улучшить качество управления кантоном.
– Так, с картошкой всё ясно, – наполняю турку водой и ставлю на плиту. – Но где вы так напраздновались? Вряд ли в деревнях есть драконье огненное.
– Это мы потом отмечали. И немного до. У Келтара обширные запасы драконьего спирта, доливаешь его в любой напиток – и готова убойная смесь.
– М-м, – тяну я.
Вот вроде другой мир, другая страна, вампиры, а всё то же копание картошки и отмечание в конце.
– Надеюсь, мне эту трудовую повинность исполнять не надо? – говоря это, отмеряю порцию кофе для заваривания.
– Вроде Келтар ни о чём таком не говорил.
Кофе довариваю в молчании, из звуков – только шелест изливающейся на голову Санаду воды.
Когда наполняю обе чашки он, наконец, закрывает кран и, заклинанием избавившись от воды в волосах, выпрямляется.