Теперь во всём ужасе предстаёт моё положение в этом мире, то, о чём мне вскользь упоминали с самого начала, а я так глупо пропустила мимо ушей: я здесь одна, и некому за меня заступиться, некому опротестовать варварское поведение Арендара."
"– Гад чешуехвостый! – Сдерживая слёзы, прижимаюсь лбом к холодной поверхности двери. – Драконище подколодный. Что б у тебя… что б тебе… икалось! Я так просто не сдамся!
Моё усталое негодование поддерживает зверёк: попискивает и вздыхает.
– Ну что, маленький, – поглаживаю его по макушке.
Зверёк слегка подрагивает. Возможно, из-за мокрой шерсти или из-за странного зелья. Бедненький!
К счастью, золотое плетение не заблокировало вход в ванну, так что я отмываю мохнатый комочек в тёплой воде, протираю белоснежным полотенцем с золотыми вензелями, оставляя на нём чёрную шерсть. Укладываю зверька в роскошной постели: лапочка не виноват, что мы оказались в таком идиотском положении.
***
Просыпаюсь под одеялом, хотя точно помню, что легла рядом со зверьком поверх покрывала и разрыдалась от бессилия.
На меня кто-то смотрит, я физически ощущаю направленный на лицо взгляд.
– Я знаю, что ты не спишь, – сообщает Арендар.
Гнев налетает обжигающим порывом, я приподнимаюсь и зло смотрю на Арендара: он с бокалом вина сидит в кресле. Со сна никаких колкостей в голову не приходит, хотя хочется его задеть, ударить, чтобы почувствовал, каково мне.
– Как самочувствие? – Арендар поднимается и подаёт с тумбочки, где пылает подсвечник и блестит золотой графин, стакан воды. – Прости, что не оставил ничего съедобного.
Почувствуй себя зверюшкой в клетке называется. Хорошо ещё, что спящую не переодевали, только разули и прикрыли одеялом поверх платья.
– Верни меня в мою комнату. – Стакан забираю: пить-то хочется.
Дождавшись, когда напьюсь, Арендар возвращает пустой стакан на тумбочку и садится в высокое кресло.
– Зачем? Разве тебе здесь не нравится?
– Нет. Конечно, нет. Неужели не понимаешь, что такое отношение раздражает? Оно просто не может нравиться!
– Я о тебе забочусь, – насупливается Арендар. – Защищаю. Почему ты это не ценишь?
– У вас принято девушек похищать и запирать у себя?
– В принципе, да. Я же дракон. – Он отпивает вина и запрокидывает голову на высокую спинку. – У нас очень развит собственнический инстинкт: запрятать своё, никого не подпускать.