– О чем вы? Это, – он чуть обвел окружающую обстановку взглядом, – приказ мормэра.
– Донун… – прохрипел отец яростно."
"– Именно так. Он не получил от вас подписанной присяги и поэтому отправил отряд.
Понимание озарило лицо главы клана.
– Остановите эту резню. Заберите меня. Убейте, – бессильно сжимая кулаки, проговорил он. – Но остановите. Эту. Резню. Это личное дело между мной и Донуном.
– О, не стоит волноваться, – отозвался карнаби. – Ты непременно умрешь.
С этими словами он лишь немного качнулся вперед, и кажущееся легким, лишенным какого-либо усердия, движение острой сабли рассекло горло.
Элейн зажмурилась. Она не желала видеть, как упал на колени отец. Как бросились на защиту братья.
– Бегите, – последнее, что смог прохрипеть когда-то могучий воин.
Элейн оцепенела. То, что случилось дальше, навсегда осталось в ее памяти. Она лишь молила богов, чтобы они пощадили младшего брата, он ведь был так мал…
А затем все потеряло всякий смысл.
Сознание Элейн отказывалось принимать то, что произошло.
Она издала отчаянный вопль. Остальные солдаты, опьяненные кровавой расправой, не услышали его, они выскочили со двора, чтобы продолжить бесчинства в деревне.
Ее крик, однако, не ускользнул от внимания командира. Тот медленно обернулся. Их взгляды встретились.
Элейн не знала, где нашла силы подняться.
Затем она услышала ужасающий хлюпающий звук, смешавшийся с жалобным ржанием. Она машинально обернулась и увидела, как ее жеребенок упал на землю. Невольно оказавшись на пути у солдата, животное задержало его, давая Элейн возможность спастись.
Она свернула на маленькую улочку, пробежала вперед, перепрыгнула через низкий забор, пересекла чужой двор. Чуть впереди горел дом ее друга Томмена. Элейн слышала холодящие кровь крики и видела, что солдаты не давали людям выйти, наказывая уколом сабли за любую попытку выбраться.
Огонь разгорался, и Элейн показалось, что в воздухе запахло горящей плотью.
Но она слышала, что кто-то бежал за ней, и поэтому продолжала свой путь.