— В худшем случае вас ударит током или обольёт ледяной водой с головы до ног! — вставила Герда.
Я, всё ещё сомневаясь, протянул руку в пасть льва. Пасть сомкнулась, не давая возможности вытащить руку наружу. Что-то щёлкнуло, и я почувствовал укол. Все замолкли, секунд десять ничего не происходило, и наконец огромная плита со скрежетом откатилась в сторону. Я облегчённо выдохнул, а пасть отпустила мою руку.
Передо мной и моими спутниками открылась сокровищница. Внутри загорелся неяркий свет, но он всё нарастал, пока внутри сокровищницы не стало светло, как днём.
Я перешагнул порог первым. Внутри стояли какие-то сундуки с надписями и замками, с выбитыми на них рунами. Я подошёл к раскрытому сундуку, пачки денег небрежно лежали сверху, снизу просматривались золотые монеты.
— Этого хватит?
— Думаю, с избытком. — подтвердил слуга.
— Тогда забирай его на похороны и займись этим вопросом прямо сейчас.
— Слушаюсь, господин!
Нохай сотворил какое-то заклятье и почти без усилия подхватил сундук, а затем слуга направился к выходу.
"Сокровищница сужалась к дальней стене, но и это оказалось не всё. Сбоку расположился проход, уходивший дальше за стену и вот там обнаружилась ещё одна дверь. Но дверь была небольшой, чтобы в неё протиснутся, мне пришлось бы пригнуть голову и согнуть колени. Всё таже система, с головой хищной кошки, но в этот раз голова была поменьше, и принадлежала она рыси.
— Это что, предупреждение? — озадаченно уставился я на кошачьи глаза.
— Нам лучше уйти… — с опаской произнесла Герда.
Глаза кошки поменяли цвет на жёлтый, и я почувствовал какое-то давление. Будто внутри сокровищницы стало душно и нечем дышать. Я с усилием выдернул руку из пасти и быстро проследовал к выходу.
— Согласен, потом будем разбираться. Когда узнаем, что к чему!
Мы покинули сокровищницу. Дверь сама закрылась за нами. Герда остановилась и закатила глаза. Глаза девушки заволокла белая пелена. Я не сразу понял, что она впала в транс. Нохай отодвинул меня рукой и загородил от девушки:
— Отойдите, господин! — слуга вытащил меч, висевший у него на поясе.
— Что происходит? — забеспокоился я.