— Не убивай меня! Я все сделаю!
— Иди в жопу!
— Системную клятву тебе принесу!
— В жопу, я сказал!
Тесня противницу и продолжая отбивать её магические и физические атаки, я краем глаза следил за тем, что происходит неподалёку.
Вторая гоблинша поняла, что мимо Па Рака ей не пройти, и обрушилась на него с такой лютой яростью, что тому только оставалось пятиться и с трудом отбиваться.
Они постоянно меняли облики и лупили друг друга всеми видами магии так мощно, что моя радость быстро сменилась тревогой.
— Да сдохни ты уже!
Я полностью забил на оборону, врубил за человека «возмездие» и насел на плинта так, что смертельные удары сыпались на неё один за другим.
Наконец, после ещё десятка точных попаданий, мой меч не встретил сопротивления и, пройдя через её тело по диагонали, разрубил от шеи до пояса. На автомате я продолжил, ударом второго меча снося ей голову.
Вы убили многоликого 26-го уровня!
Ваш инвентарь увеличен на 260-кг.
Получено внеочередное улучшение тела.
Ваше восприятие увеличилось.
Вы получили тридцатый уровень!
Ваша сила значительно увеличилась.
Ваша ловкость значительно увеличилась.
Ваша выносливость значительно возросла.
Вы получаете три очка умений.
Вы получили чёрную коробку."
"Вы получили две монеты короны.
Отложив анализ произошедшего, я резко обернулся и вздрогнул.
Именно в эту секунду противница Жунг Па Рак радостно заорала и, превратившись в плинта, нанесла ему практически неуловимый для глаза удар.
Он, схватившись за грудь, вскрикнул, а я, переместившись троллем, рубанул суку. Но её уже не было. Она появилась в тридцати метрах и, припав на четыре лапы, рванула прочь.
Я подскочил к гоблину, в груди которого зияла огромная рваная дыра. Выглядел он очень плохо, но при этом широко улыбался.
— Я почти сделал её! — прохрипел он, и вместе со словами с его губ сорвались кровавые пузыри. — Если бы в кошку не превратилась, порвал бы на лоскуты…
Я тут же стал эльфом и влил в лечение столько энергии, сколько смог за один раз.
Раны мгновенно затянулись, но Жунг Па Рак лишь скривился.
— Бесполезно! У неё был «меч неизбежности», рану от него нельзя вылечить простым лечением. У меня есть минуты две, — он усмехнулся и посмотрел мне в глаза. — А я, Илюха, между прочим, теперь почти такой же, как ты! Почти многоликий! Смотри, как могу!
И он превратился сначала в человека, потом — в дриаду и снова стал гоблином.