От мужчины ненавязчиво пахло дорогим одеколоном. На запястье, крепком, широком, заросшем густыми волосами, Маша разглядела часы. «Ролекс». Тоже очень дорого. Между большим и указательным пальцами правой руки Маша заметила татуировку в виде паука, а на безымянном пальце вытатуированный же перстень с изображением чего-то похожего на кошачью мордочку.
Пожалуй, незнакомец действительно был бандитом, но почему-то Машу это совсем не пугало, может быть, потому что выражение его глаз не было злым. Или она не боится из-за брата Костика, тоже явно входящего в какую-то из группировок, коими в их время наводнена Москва?
– Как вас зовут? – спросил незнакомец, прервав Машины мысли и ее же бесцеремонное разглядывание.
– Мария, – ответила она, – Маша. А вас?
– Дмитрий.
– Давно вы в Москве, Дмитрий? – спросила Маша, нарочито глядя на наколки. Он то ли не понял, то ли не принял иронии.
– Около года.
– Вы здесь работаете?
Он усмехнулся то ли ее наивности, то ли чему-то своему.
– Можно и так сказать. А вы, как я понимаю, студентка?
– Да, я учусь на геологическом факультете.
– Нет. Я никого не жду.
– Да? А мне показалось, что вы следите за Олей Каплевской.
Ее собеседник чуть вздрогнул, и Маше внезапно стало холодно, как будто ледяным ветром обдуло, хотя день стоял жаркий.
– С чего вы взяли?
– Ни с чего, просто заметила. И она вас тоже заметила и, кстати, испугалась. Вы знакомы?
– Нет, а вы?
– Ну, разумеется, я знаю Олю, потому что мы однокурсницы.
Краем глаза она продолжала следить за ребятами и видела, что они, видимо, успокоенные ее разговором с незнакомцем, уходят прочь, взявшись за руки. Ну и хорошо, вот и славно. Дмитрий тоже проводил их взглядом.
– Маша, а вы есть хотите?
– Если честно, то да, – призналась она. – Но если я поеду домой и поем, то мне придется взяться за работу. Поэтому я предпочла немного побыть голодной, но посидеть здесь.
– А хотите, мы вместе пообедаем?
– Хочу, но предупреждаю, что у меня нет денег, – дерзко сказала Маша.
– По вам видно, – усмехнулся он. – Кроме того, когда Дмитрий Зимин приглашает даму пообедать, он принимает все расходы на себя, считая иное оскорблением.
Маша поднялась со скамейки.
– Еще предупреждаю, что у меня осталось чуть больше часа, потом мне нужно домой, потому что я должна сменить маму за швейной машинкой.