Я собралась сказать, что за такое жалкое прочтение моей судьбы она не может рассчитывать ни на какую плату, но тут в дверь негромко постучали. Она открылась, и, к моему удивлению, показался Дмитрий.
– Ах, мне так и сказали, что вы здесь. – Он вошел внутрь и только тут заметил Ронду. К моему удивлению, он отвесил ей уважительный поклон и очень вежливо сказал: – Извините, что прерываю, но я должен доставить этих двоих на самолет.
Ронда внимательно разглядывала его, с таким видом, словно он представлял собой тайну, которую ей хотелось разгадать.
– Не за что извиняться. Но может, ты найдешь минуточку для самого себя?
Учитывая наш схожий подход к религии, я ожидала, что Дмитрий скажет ей, дескать, у него нет времени на ее мастерские, но по сути жульнические предсказания. Однако он сохранял серьезное выражение лица и в итоге кивнул. Сел рядом со мной, и я ощутила приятный запах кожи и лосьона после бритья.
– Спасибо, – по-прежнему очень вежливо ответил он.
– Я буду краткой."
"Ронда вложила в колоду мои бесполезные карты, перетасовала ее, дала Дмитрию снять и выложила перед ним три карты.
Ронда скользнула взглядом по картам, посмотрела на Дмитрия и снова на карты.
– Ты потеряешь то, что ценишь выше всего. – Она кивнула на Колесо Фортуны. – Колесо вращается, все время вращается.
Расклад получился хуже, чем у Лиссы, но все же он содержал больше моего. Лисса подтолкнула меня локтем – дескать, молчи! Оказывается, даже не осознавая этого, я уже открыла рот, чтобы выразить наконец свой протест, но тут же снова закрыла его, ограничившись сердитым взглядом.
Дмитрий с мрачным, задумчивым видом смотрел на карты.
– Спасибо.
Она кивнула в ответ. Мы все трое встали. Эмброуз сказал, что сам расплатится с Сюзанной позже.
– Оно того стоило, – сказал он мне. – Может, теперь ты дважды задумаешься о своей дальнейшей судьбе.
Я усмехнулась.