Тогда, в больнице, пожилая женщина врач-психиатр, в чью смену я попала в отделение, впервые объяснила мне, что в происходящем нет моей вины, и очень долго что-то эмоционально выговаривала моей матери.
После этого случая, я очень долго собирала себя по кусочкам.
Естественно, поддержки от молодого человека я не дождалась, напротив, он меня бросил. По телефону, в двухминутном разговоре.
По сей день с ужасом вспоминаю тот период и очень благодарна, что он меня бросил. Неизвестно в какой канаве я бы закончила свою жизнь, если бы осталась рядом с ним.
Он был старше меня, опытнее, но тем не менее решил самоутверждаться за счет молоденькой девочки, практически доведя ее до смерти. Считаю, что такие люди не меняются, принимают они что-то или нет.
Хорошим человеком, в самом положительном смысле этого слова, ты делаешь себя сам, а не списываешь на обстоятельства, в которых оказался.
Глава 7. Родственники
Погрузившись в невеселые воспоминания, совершенно потеряла счет времени.
Давид. Точно! Полезла проверять, что же он мне настрочил, внутренне содрогаясь, от воспоминания о последнем разговоре с его отцом.
“Вера, я был дураком”
“Пожалуйста, возвращайся. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей.”
Ты посмотри. Какой актерский талант в землю зарывает, сидя в фирме. Не знай я предысторию этих сообщений, прослезилась бы, и помчалась на обратный рейс, роняя туфли на бегу.
Удивительный народ: сначала в душу наплюют, измарают все светлое, что было между нами, а потом “вернись, я все прощу”. Бегу, аж пяточки сверкают. Я не самый злопамятный человек, но после всего произошедшего, кем я должна быть, чтобы вернуться? Не на помойке же я себя нашла, в самом-то деле! И теперь возникает закономерный вопрос: кем я являюсь в глазах семейки Давида, если позволяют себе такое поведение по отношению ко мне? Неужели я давала повод так с собой обращаться? Я всегда старалась угождать окружающим, мне не сложно сделать что-нибудь хорошее для человека, ничего не ожидая взамен.
На Земле говорят, что все происходящее рано или поздно обернется в лучшую сторону. Начинаю понимать тайный смысл этого утверждения. Останься я с Давидом, закрыв глаза на все, то прав у меня было бы не больше, чем у коврика, расположившегося у входа в дом.