"
"Когти у росомахи оказались на удивление мощными, потому как на теле клеща появились глубокие борозды. А я напомню, что у клеща мощный барьер и не менее прочный хитин. В том бою при защите города успел «оценить».
Раздался вопль, и хлынула кровь, но росомаха не знала жалости и яростно махала лапами, оставляя на теле клеща ещё больше жутких ран. Однако Ева прозевала атаку, и лапа клеща вонзилась ей в затылок!
На миг сознание покинуло взгляд росомахи, а клещ вцепился в шею Евы и начал трясти ей, будто это не дочь, а мешок с картошкой… Однако росомаха очень быстро пришла в себя и попыталась вырваться.
Ева яростно и угрожающе рычала, но вскоре раздался болезненный скулёж, и хлынула кровь… Клещ что, только сейчас смог прокусить эту шкуру? Из чего она сделана?.. Ладно, я отвлёкся, потом узнаю.
Клещ немного помучил росомаху и бросил в ближайшее дерево. Удар вышел мощный, и дерево, выращенное Николь, пошатнулось, и в глуби его ствола раздался жалобный треск.
По моему приказу, из земли вырвались корни и преградили путь клещу. Но тут же активизировалась раненая росомаха и кинулась рвать корни.
Жесть, до чего же мощные когти у этой коротышки… Но нет, я сказал, что всё, значит, всё! Монстра обхватили корни и, утащив к дереву, крепко связали.
Росомаха рычала, бушевала и пыталась вырваться, а клещ обратился человеком с множеством ранений.
Женщины смотрели друг на друга с бешенством в глазах. Тяжёлый случай… Ну а я уже закончил состригать с себя лишние волосы, оставив лишь немного на голове. Во всех остальных местах я идеально гладкий и розовокожий.
— Ой, брат, а что у тебя здесь творится-то? — послышался голос сестры, которая всё это время провела в лагере. Так что и пришла вся розовая и одетая в красивое платье.
Посмотрев на неё, покачал головой и кратко всё объяснил.
— А, ну понятно. Оставь всё на меня, — она обернулась ко мне и захихикала. — Ох, уже взрослый дядя, а стесняешься сестрички.
— Ты последняя в этом мире, кому я буду показывать свою мужскую гордость.
— Да-да, мистер жопка крепкий орешек. И что я там не видела? — хохотнула та и помахала рукой. — Всё, иди, оставь это на меня.