То есть вообще ничего не произошло. Лишь через несколько секунд в дальнем конце пещеры что-то хрустнуло и обвалилось.
— Твою мать, — от души выдала Асакура, с сомнением глянула на Юлю с Никой, а затем махнула рукой. — У кого ещё есть какие мысли?
Мыслей оказалось много. Даже чересчур. Большей кровожадностью отличался Лёха.
— А что, если взять и просто подорвать тут весь туннель, а? — спросил он со сверкающими глазами. — Всю породу на пару километров обрушить, и тогда портал окажется завален, — ему показалось, что его предложение — одно из лучших, поэтому он стал распалять себя ещё больше.
— Я думаю, что твой план… — воительница сделала паузу, и я, кажется, догадался, какое слово она решила не говорить, — неосуществим.
— Это ещё почему? — вознегодовал Лёха. — Камень есть, — он указал на потолок. — Вон сколько породы. Подорвём, и тут всё засыплет. Главное, самим успеть выбраться!
— Лёх, — сказал я, подойдя к нему и похлопав по плечу, — я, конечно, понимаю, что ты не всех в городе любишь, но зачем ты его хочешь в бездну обрушить? — на моих губах играла саркастическая улыбка.
— Да в смысле? — не унимался друг. — Город — он чёрт знает на какой высоте. Тут столько породы, что город ничего не почувствует!
— Ну, да, — кивнул я. — Почему-то, когда та тварь лезла, весь город колошматило. А от взрыва, значит, ничего не будет? Да некоторые башни со свистом улетят под землю вместе с людьми.
— Мальчики, — Юля обращалась к нам вежливо, но всё-таки достаточно уверенно, — может быть, по делу поговорим? Нельзя тут ничего взрывать. И да, дело в городе, потому что он как раз-таки над нашими головами. Вообще может быть дом Макса или Ники над нами. Да и потом, Лёш, а с чего ты взял, что это поможет? Вот монстр тридцатого уровня легко проломал несколько километров горной породы, и что? Да, соглашусь, что некоторая её часть была изрыта данжами, но всё-таки.
Она обратилась к Асакуре и та кивнула, мол, ты совершенно права, молодец.
Я перевёл взгляд на Нику.
— Не знаю, — та пожала плечами. — Я бы поставила тут какой-нибудь пулемёт, который отслеживал бы выходящих из портала, и расстреливал их.
— А ты очень гуманная, — пошутил я. — Хоть головы отрубать не предлагаешь.