Потому что начальство в любом виде должно быть узнаваемо!
И вот теперь смотрю, как беседуют, явно рабочие моменты обсуждая, два зайца с ушастыми головами в руках, и едва держусь, ей-богу!
А они поворачиваются на звук шагов, видят меня, серьезно осматривают морковку с ботвой на капюшоне… Лица суровые, брови насуплены, еще от рабочего процесса не отошли.
Ох, кровожадные зайцы!
Сожрут же!
Торопливо привожу лицо в порядок, верней, ту часть, что им видна, принимаю крайне серьезный, деловой вид:
— Здравствуйте, — подхожу к двум своим боссам и вдруг некстати думается, что третий же босс у меня есть тоже имеется!
Лисовский, гад…
Как-то, наверно, три босса — это слегка чересчур…
И, главное, есть четкое понимание, что, при некотором везении, можно от первого босса получить защиту при помощи этих вот двоих…
Мысль свежая, в голову приходит впервые, как-то раньше не думалось о такой возможности…
Зато теперь вот думается.
Как повернуть ситуацию таким образом, чтобы получить защиту этих двух мужчин? Что нужно сделать девушке, чтобы мужчина, серьезный, деловой, вступился за неё?
Перед драконом.
Рыцарь есть такой?
И что мне нужно будет за это рыцарю отдать…
— Эммануэль Эдуардовна, — улыбается Колесников, — ну ты прелестница-морковочка.
Я расплываюсь в улыбке, профессионально дружелюбной, ласковой даже."
"— Господа, лица в костюмах морковок обычно закрыты, и вы меня можете узнать, — я показываю большую красную ручку, цепляю на кармашек с правой стороны груди, — вот по этой ручке! Пить спиртное не буду, если что, я настороже, контактирую и во всеоружии.
— Серьезная морковка… — улыбается ИИ, оглядывая меня с огромным интересом… А вот и ответ на мой незаданный вопрос… Что придется отдать… А я готова? Нет, конечно… Нет. У меня мой электрик есть. Жаль, что против Лисовского он беспомощен… — А кто ведущий?
Я улыбаюсь еще ласковей.
Пришёл ко мне буквально в начале этой недели Сашка Щукин.
Я, честно говоря, удивилась немного его внешке. Он не очень выглядел всегда, худой, длинный, с бедовыми острыми глазами, и ещё когда-то в школе два передних зуба выбили, отчего фамилия Щукин в его устах тогда заиграла новыми матерными красками.