Тяжёлый, высокий, статный — обжигал своей уверенной самоцовостью до глубины души.
— Уйди! — прорычал монстр, сдвигая брата, и вперился в меня глазами. — Ну, здравствуй, Аннет. Что это значит?! — взгляд короля прожёг мой живот.
Я попятилась, инстинктивно продолжая кутаться в плащ — и совершенно бесполезно — как ни старайся, я всё равно выглядела, как неповоротливая бочка. Беременная бочка!
Эдуард застыл, поглядев на меня, потом на монстра, — и в его глазах вспыхнуло осознание.
— Аннет? — пробормотал он, и добавил громче, очень громко, со злым смехом: — Аннет, твою мать! Овечка Аннет, сбежавшая жена моего брата!
Я зажмурилась.
Вот это я попала.
Что делать? Бежать? Догонят! Оба! Я как красная трапка сразу для двух быков.
— Я спросил, что это значит, Аннет? — повторил монстр, обводя взглядом мою располневшую фигуру. — Ты хоть понимаешь, что я волновался за тебя? Переживал! А ты тут… Беременная, твою мать!
— Всё предельно просто, Рейгард! — рявкнул Эдуард, беря меня за руку.
— Что?! — Голос Рейгарда ударил, как гром. Вся улица будто замерла. Люди обернулись. Кто-то сдавленно ахнул.
Лицо монстра перекосилось от злости. Кулаки бессильно сжались. Глаза, как два чёрных омута, в которых не видно дна.
— Мы вместе уже больше полугода, — продолжил Эдуард с ехидством. — И любой из толпы тебе это подтвердит.
— Ты лжёшь! — рявкнул монстр и яростно ударил ладонью по кузову коляски, преграждая нам путь.
Рейгард в упор поглядел на мой живот, а затем снова на меня. Жарко."
"Я застыла, как вкопанная, между двух мужчин. Сердце ухало в груди, как сумасшедшее. Монстр был так близко, и я видела каждую мельчайшую морщинку на его суровом лице, ощущала его запах — мужской, естественный, будоражащий.