Ещё и гадости вытворяет постоянно. Ладно, борцовку утащила, но зачем колёса протыкать полезла, спрашивается? Явно ведь машину Мавриной с моей перепутала.
Сдавать я Веру, разумеется, не стал. Помог Олесе поменять колесо и даже оплатил шиномонтаж испорченной резины, чтобы отвлеклась и не вздумала просить у охраны записи с камер видеонаблюдения, которые как раз в сторону школьной парковки смотрят.
Сотрудница это мигом на свой счёт приняла, поэтому все выходные донимала меня звонками.
И на планёрке в меня глазками стреляла, неужели ей так скучно, что даже плевать на нашу небольшую разницу в возрасте?
Конечно, два года – это мизер.
Хватаю свои спортивные шмотки и иду в душевую, по пути расстёгивая пуговицы на рубашке и скидывая с себя тонкую хлопковую ткань.
Открываю дверь, вещаю рубашку на крючок и поворачиваюсь. Замираю, упёршись взглядом в сторону прозрачной двери, сдвинутой в сторону.
Я узнаю её из тысячи, это точно Мышкина.
С грацией хищника, то есть, практически беззвучно, приближаюсь к кабинке.
Замираю позади девушки в ожидании её дальнейших действий.
Что Вера здесь забыла – ума не приложу. Но подозреваю, что опять очередную гадость решила сотворить. И всё исключительно ради меня.
Может, я ей всё-таки нравлюсь?
Девушка делает шаг назад, ещё один, и упирается спиной в мою голую грудь.
Мягкие шелковистые волосы гладят кожу, а у меня будто искры из глаз сыпаться начинают от пронзающего тело разряда тока.
Не особо задумываясь, на инстинктах кладу руки на роскошную, мягкую на ощупь талию, и разворачиваю девушку к себе.
Вера так забавно взвизгивает, что у меня складывается впечатление, будто она это делает больше для виду, чем от испуга.
А ещё, девушка явно боится посмотреть мне в глаза.
– Ааа, я вам вашу м-майку принесла, – бормочет еле слышно.
– М-да? – отвечаю охрипшим голосом.
– Ага, – шепчет, даже не пытаясь выбраться из плотного кольца моих рук.
А я стараюсь не думать о том, как это всё выглядит со стороны. Физрук зажимает свою же ученицу в тренерской – отличный заголовок для новостного паблика.