По крайней мере без страданий…»
При мысли о бесконечно тоскливых серых днях, расстилавшихся перед ней уныло-однообразным осенним пейзажем, девушка разрыдалась.
Надзиратель открыл дверь и впустил отца. Тот молча остановился рядом, с отчаянием глядя на плачущую дочь.
– Милая…, что теперь поделать? Зато тебя не убьют, – неловко попытался утешить он.
– Я не хочу жить, – замотала головой Эшли.
– Не говори так, родная. Тебе не повезло. Но такие болезни нынче лечат. И ты обязательно поправишься. Как только тебе станет легче, переедешь ко мне, и я о тебе позабочусь.
Эшли потерянно огляделась.
– Я знаю, что ты сейчас испытываешь, дорогая, но поверь, все переменится. Моя девочка вернется ко мне исцеленная, избавленная от призраков прошлого.
Стивен обнял Эшли и неохотно встал.
– Боюсь, мне нужно давно уже быть в Сан-Франциско. Пациенты ждут.
Он помедлил, словно ожидая ответа. Но Эшли молчала.
– Дэвид сказал, что ты будешь лечиться в одном из лучших психиатрических центров в мире. Я буду часто тебя навещать. Согласна?
– Да, – глухо пробормотала Эшли, не глядя на отца.
– Вот и хорошо, девочка.
Он снова обнял ее и поцеловал в щеку.
– Не волнуйся, у тебя будет все на свете. Лишь бы скорее победить эту чертову болезнь. Я хочу, чтобы моя малышка снова возвратилась ко мне.
Эшли растерянно смотрела вслед отцу:
– Почему я не могу умереть прямо сейчас? Почему меня оставили в живых? Лучше бы сразу… Через час в камеру ввели Дэвида.
– Ну что ж, мы добились, – радостно начал он, но при виде Эшли растерянно осекся. – Что случилось, Эшли?
– Не хочу в психушку, не хочу! Поскорее бы сдохнуть! Все лучше, чем такое существование! Помогите мне, Дэвид. Пожалуйста, помогите!
– Эшли, вам обязательно помогут. С этим ужасом покончено. Впереди ничем не омраченное будущее. Он сжал тонкую руку:
– Послушайте, до сих пор вы мне верили. Попробуйте продержаться еще немного и не пожалеете, даю слово.
Эшли упрямо качнула головой.
– Повторяйте: “Я, Эшли, верю тебе, Дэвид”. Девушка набрала в грудь воздуха:
– Я, Эшли, доверяю тебе, Дэвид.
– Молодец! – расплылся в улыбке Дэвид. – Вы не пожалеете!
*** Едва стал известен исход процесса, пресса словно взбесилась. Дэвид за одну ночь стал героем, стойким защитником правого дела, рыцарем справедливости, сражавшим драконов вроде Микки Бреннана.