– Да, но… тогда, наверное… я пойду немного полежу у себя, – прохныкал он.
– А что с ним случилось? – полюбопытствовал Маркус, когда смолк звук шагов на лестнице, ведущей в подвал.
Харди выглядел уставшим.
– Несчастная любовь. В мае месяце невозможно выйти погреться на солнышке без того, чтобы не наткнуться на кишащие кругом влюбленные парочки. И всю прогулку он ревел, как раненый тюлень.
– Ох, мне уже и не вспомнить, каково это, быть отвергнутым влюбленным… Бедняга! – Маркус пару раз качнул головой и обратился к Карлу, вернувшись к роли детектива: – А что же нам известно о муже Биргит Циммерманн?
– Ничего.
* * *Они встретились, как и договаривались, на сталепрокатном заводе в понедельник в десять часов утра, в небольшом помещении слева от главного пропускного пункта. За спиной Лео Андресена стояли пожилой мужчина и молодая женщина. Судя по всему, персонал отнесся к предстоящей экскурсии со всей серьезностью.
Лео с улыбкой указал на костлявого мужчину.
– Итак, Полле П. у нас старожил, я сам пропахал тут тридцать лет до самой пенсии, а Лана пришла совсем недавно. Так что мы стопудово разрулим все ваши вопросы.
Карл с Ассадом поздоровались за руку со всеми тремя сотрудниками.
– Мы с Полле проводим экскурсии по предприятию, Лана у нас отвечает за безопасность, а потому она выдаст нам каски и защитную обувь. Можно поинтересоваться вашим размером обуви, господа?
Все втроем опустили взгляд на ноги полицейских.
– Думаю, Карлу подойдет сорок пятый размер, а Ассаду – сорок первый, – предположил Лео.
– Попробуйте, конечно, – согласился Ассад, – но если мне придется втискиваться в обувь меньше сорок второго размера, то лучше уж пристрелите меня на месте.
Он единственный посмеялся над своей шуткой.
На выходе из помещения Карл рассказал сопровождающим о встрече с Бенни Андерссоном. Судя по застывшим выражениям на лицах заводчан, этот человек не нуждался в дополнительном представлении.
– Он в числе прочих получил денежную компенсацию за отравление марганцем, – проворчал Полле. – Не знаю, как остальные, но у Бенни никакого отравления не было и в помине, если хотите знать мое мнение.
– Точняк, и потом он быстренько куда-то слинял, – подтвердил Лео, выразившись вполне понятно.
– Видимо, сердцеедом его не назовешь, – заметил Карл. – Но у меня сложилось впечатление, что Роза ему нравилась, и это немного реабилитирует его в моих глазах.