Ушли на улицу. У меня, как видишь, тоже выбора особого не было. Пришлось… в твоих хоромах похозяйничать немного.
Лиза развернулась резко. Столь резко, что закружилась голова. Благо вовремя за створку шкафа ухватилась, пытаясь удержать равновесие.
— Соня отца ругала? — переспросила, тяжело дыша. С неподдельной тревогой в голосе. — Господи, за что? Неужели все так плохо? Скажи честно: Она плакала?
— Нет, что ты! — вновь расхохотался Кирилл. — Кричала. Вещами швырялась. Но не плакала. Правда, бабе Вале призналась позже, что сильно обижена на отца.
— Узнаю свою язву!
Облегченно улыбнулась Лиза, искренне радуясь за подругу.
Если не плакала, значит, еще не сломлена.
Значит, еще поборется за свое счастье и за право быть рядом с любимым мужчиной. Впрочем, и сама Лиза серьезно настроилась отстаивать свои интересы.
Ибо близость Дмитрия окрыляла. Придавала сил и уверенности.
Уверенности в завтрашнем дне.
В столь приподнятом расположении духа, совершенно забыв о присутствии Кирилла, Лиза вернулась к своему занятию. И почти выбрала идеальные шорты, когда услышала:
— Знаешь, ты должна быть весьма и весьма осторожна.
— Да я и так…
— Недостаточно! — строго перебили ее. Предостерегающе. — Не боишься, что история повторится?
— Какая история?
Она недоуменно уставилась на собеседника.
Если честно, в глубине души Лиза начинала догадываться, к чему он клонит.
Кирилл резким движением оттолкнулся от двери.
— Кто-то из «старших» знает, что Матвей достает тебя со своей любовью?
Тяжелый вздох сорвался с ее губ.
Плечи поникли, словно под гнетом собственной совести.
Скрепя сердце Лиза призналась:
— Нет.
— Почему? Хочешь, чтобы и у него однажды, как у Макара, фляга потекла?
— Но я же не даю ему повода! Совсем наоборот.
— Твоя мать тоже повода не давала. Итог тебе известен?
Еще бы! И тем не менее…
— Не могу я так, вдруг его накажут по моей вине!
— На первый раз просто предупредят.
Сердце от страха в пятки ушло.
— Не настаивай, пожалуйста! Этот человек ничего плохого мне не сделал. И не сделает!
Следующий вопрос буквально застал ее врасплох:
— Ты в этом так уверена?
— В каком смысле? — от волнения голос прозвучал на октаву выше. Почти пискляво.