«Нет! — повторяла, точно мантру, вглядываясь в зареванное до неузнаваемости лицо подруги. — Нет, моя родная! Я не допущу этого!»"
"Судя по всему, Алмазова так сильно переживала за Гордеева, что до сего момента вообще ничего вокруг не замечала. Зато теперь прозрела.
Увидев безжизненные тела у их ног, она завизжала так громко, что птицы с ближайших деревьев испуганно взмыли в воздух.
— Беги, Лиза! — закричала Соня, дрожа всем телом. — Беги! Он не выстрелит, ты нужна им живой! Иначе он уже убил бы тебя. Беги, умоляю…
Лиза сморгнула набежавшие слезы и медленно покачала головой:
— Нет! Никто больше не умрет из-за меня!
— Рыжик…
— Прости!
— Лиза, нет!
Но было уже поздно.
Выдержав испытывающий взгляд Соколовского, устало выдохнула:
— Отпусти ее! Соня здесь ни при чем!
— Она – свидетель! — возразил мужчина, криво усмехаясь. — Она выдаст меня!
— Дима и так узнает твое имя с минуты на минуту, — парировала Лиза. — Твоей игре в двойного агента пришел конец.
Шмель задумался. Наконец, сжав губы в тонкую линию, он пробормотал:
— Складно воркуешь! Но… что я получу взамен на ее жизнь?
Осмотрев его долгим взглядом, Лиза тихо обронила:
— Мою покорность!
— В каком смысле?
Она ничего не стала объяснять. Просто кивнула на его автомобиль и прошептала, чувствуя, как от страха кишки узлом скручиваются:
— Поехали!
Глава 49
В то же самое время…
Как только Лиза и Соня (в сопровождении охраны) отправились на прогулку – а по факту навстречу Гордееву – Ирина Павловна тоже удалилась.
Дмитрий же не обращал внимания ни на кого из присутствующих.
Будто конченый безумец, почти не мигая, он всматривался вдаль, провожая Лизу и ее спутников хмурым взглядом. Не мог отвернуться, и все тут.
Умом-то понимал – с ней отправились достаточно опытные ребята. Закаленные. Проверенные. Но на душе от этого… легче не становилось.
Так неспокойно было, что временами даже воздуха на полноценный бл*дский вздох не хватало. А дышал он часто и жадно.