Он мог бы гордиться собой. Однако не хотел. Роммель пока из него получался так себе. Да, заслон был смят. Крупный, значимый заслон. Целый полк! Да при орудиях. Для эскадрона – это невероятный успех. Но все одно… начало рейда Меншикову нравилось все меньше и меньше. Ловля на живца оказалась не так легка, как он думал.
И тут до его уха донесся стрекот чего-то в небе. Прислушался. И побледнел.
«Неужели упустили?» – пронеслась у него в голове паническая мысль.
Радиосвязь в 1915 году использовалась на суше только при штабах фронтов, армий и корпусов.
Из экстренных мер связи оставалась только голубиная почта и авиация. Но запуска голубей, сколько ни смотрели – не увидели.
Но обошлось. Видимо, это был один из аэропланов, поднятый по тревоге и направленный прочесывать округу. Вот и решил заглянуть на огонек, привлеченный звуками боя."
"Вынырнул с северо-востока и двинулся к колонне. Высота полета – метров триста. Не больше. Но на такой дистанции видимость уже не очень. Ситуация усугублялась еще и тем, что отдельный лейб-гвардии усиленный эскадрон был одет в форму, не вполне типичную для Русской Императорской армии.
Особой перчинки добавляли стальные каски[62] с натянутыми на них сетками. Ведь Первую Мировую войну только немцы начали с хоть какими-то, пусть и кожаными, но касками.
Так что издалека люди неподготовленные вполне могли принять бойцов отряда за немцев. Вот и пилот этого аэроплана не удержался и решил приблизиться. Посмотреть поближе. Нормальных зенитных средств ведь еще не существовало, а из винтовок по аэроплану много не настреляешь. Тем более если речь шла о русских солдатах, имеющих самую что ни на есть минимальную стрелковую подготовку.