Дескать, там бунтовщики и все такое. Не своей, ясное дело. В его подчинении был только пехотный батальон. А вот смежников за мзду небольшую смог подключить к этому веселью.
Для жителей это стало последней каплей – они массово побежали во все стороны. Так что к концу августа от шестидесяти пяти тысяч жителей осталось меньше пяти тысяч. А «ничейное» жилье и имущество, разумеется, было незамедлительно подвергнуто самому решительному разграблению.
Сейчас же – летом 1915 года – вид у города был крайне печальный.
Вламываться «дуриком» не стали. Мало ли что там за войска? Должен быть просто пехотный батальон, но кто его знает? Может, пару пушек еще поставили. Или еще чего.
Разведывательный взвод отошел назад, уступив место шести штурмовым группам, на которые разделились два линейных взвода.
Тихо-тихо. Аккуратно. Осторожно."
"Почти весь город пустовал, только в центре оказалось оживленно. На площади возле городской ратуши стояло десятка полтора грузовиков, три легковых авто и с дюжину мотоциклов. И люди напряженно сновали, что-то спешно грузя. Не требовалось большой проницательности, чтобы понять – штаб армии пытался спешно эвакуироваться.
Конечно, в квартале от площади немцы организовали блокпост из пехотного отделения со станковым пулеметом.
Но на этом «праздник» не закончился. Уже через пару минут бронеавтомобиль выкатил на площадь, где народ начал спешно разбегаться. Кто куда. В основном, конечно, прочь с площади. Перестреливаться с бронеавтомобилем из винтовки – занятие пустое.