Максим стоял на площади возле полыхающего здания комендатуры, смотрел на пожарные команды местных, что пытались его потушить, и думал. Напряженно думал, крутя в голове карту местности, изученную, казалось, досконально.
Несмотря на все усилия немцев по уничтожению важных материалов, они не успели нормально отработать. Да и горел телеграф плохо. В том числе по вине местных жителей, бросившихся его заливать. Поэтому людям ротмистра удалось получить доступ к журналу регистрирования телеграмм. Чего там только не было! Но Максим вы-хватил главное.
Этот Эйхгорн не только сбежал, но и оставил ему напоследок редкую пакость. Ловушку. Он умудрился отдать массу дельных распоряжений, сдернув вторую линию войск и резервы. В результате – эскадрон Максима медленно, но неотвратимо обкладывали со всех сторон."
"Задумка была проста. Герман решил, что русское командование «хочет повторить Седан», то есть ударить по штабам и начать наступление на потерявшие управление армии. И Максиму в этом сценарии отводилась вполне конкретная роль губителя тех самых штабов.
Судя по оперативным данным российской армейской разведки, в Познани и так стоял усиленный полк с артиллерией и двумя пулеметными ротами.
Конечно, для немцев этот шаг очевиден. Но только для них, потому как Меншиков думал иначе.