– Я слышал, у вас, Дмитрий, случилась неприятность на первом же уроке? С Катериной.
Я сделал глоток кисловатого морса. Однако быстро здесь разносятся слухи!
– Меня не предупредили об особенностях этой ученицы. Признаться, ситуация вышла неловкая.
И это они еще не знают о ее продолжении…
Супруги Давыдовы многозначительно переглянулись.
– Досадное упущение. Лепницкая всегда была сложной ученицей. С детства. Вам лучше держаться от нее подальше.
Я поднял брови на это предупреждение. Преподаватели снова переглянулись.
– Учителю держаться подальше от ученицы? – переспросил я с деланным недоумением. – Знаете, я как-то иначе представлял процесс обучения.
– Не поймите нас превратно… – Глафира снова приложила платочек к глазам. Хотя кого она пыталась обмануть? Батист был совершенно сухой. – Мы все желаем девочке добра. Мы пытались учить Катюшу. Прививали ей хорошие манеры, делали все, что в наших силах. Но…
– Ах, дорогая, скажи прямо! – не выдержал ее супруг. – Катерина не только дурная ученица. Она может быть по-настоящему опасной! Мы все это знаем.
– Освободится? – уточнил я, и учитель арифметики заморгал, вторя супруге.
– Освободит нас! Да-да. Так она и сказала, драгоценная Елизавета! Когда Катерина освободит нас! От своего удручающего присутствия, разумеется.
– Разумеется, – задумчиво повторил я.
Нет, мне совершенно не нравится вся эта история. Зачем я здесь? Соблазнить никому не нужную сироту? Что за абсурд? Условия сделки снова вызвали дурные предчувствия и порцию злости пополам с недоумением. Я без конца задавался вопросами о том, кому и почему понадобилось это странное дельце, но ответов так и не находил. А чем больше думал, тем более странным казалась вся ситуация.
– Вы сказали, что девушка опасна.
– К сожалению. Наш дорогой Виктор… Виктор Морозов, ах… Он мертв.
– У вас нет доказательств, господа! – быстро проговорила Мещерская.
– Ах, бросьте! Мы же все знаем, кто виноват, – поджала губы Глафира.
– В чем?
Разговор становился все более занятным. А быстрые взгляды наставников все более многозначительными.
– Во всем, – протянула Глафира, терзая свой несчастный платочек. – У нас тут случается. Разное.
Хлопнула створка – и в комнату зимним вихрем влетела княгиня.