В той комнате, где началось моё путешествие в Бездну, я превратиться не могла: там было слишком мало места, а до появления Элоранарра обстановка оставалась в полном порядке. Телепортационное заклинание переноса в другой мир не применялось (по крайней мере, в знакомой мне форме), я бы почувствовала тряску и все те неприятные ощущения, что сопровождают такое перемещение.
Значит ли это, что всё увиденное и почувствованное было иллюзией?
Но как, если ментально на меня не воздействовали, если мои щиты не взломали?
Ничего я не понимала, совершенно ничего.
Нырнув вниз, Элоранарр приземлился очень мягко, с едва заметным толчком. Вытянул лапу со мной и огляделся, проговорил на эрграйском*, путаясь языком в пасти и растягивая слова:
– Це-ели-ите-еля!
Любой целитель диагностирующим заклинанием определил бы мой пол, раскрыл мою личность, но меня это сейчас не пугало. Элоранарр снова оглядел меня и медленно поставил на землю. На его чуть подпорченной морде читалось беспокойство, как и во взгляде.
– Я помогу, – раздался позади голос Дариона. – Остальные не могут оставить Саториуса.
Память заворочалась, выталкивая нужную информацию."
"Капитан Саториус, его рота «Белая скала», наполовину состоявшая из женщин-щитовиков, была здесь на учениях. Он желал подняться в армии выше, чем обычно дают людям. И это он на празднике в честь дня рождения императора Карита предупредил меня о странном поведении Инхорра Ларна.
Рука Дариона легла на моё плечо, выплеснулась магия исцеления, склеивая осколки костей, окончательно затягивая почти зажившие разрывы кожи и мышц.
Элоранарр вмиг уменьшился до человеческой формы. Оказывается, за нами всё это время летел дирижабль Пат Турина и теперь завис в небе. Пушки у него по-прежнему торчали из гондолы. Из пяти открывшихся квадратных отверстий выпали верёвки, по ним соскользнули вниз фигуры в чёрной одежде и плащах.
Элоранарр снова бросил на меня пристальный взгляд и пошёл дальше, за нашу с Дарионом спину.
– Как Саториус?
– Мы поддерживаем в теле жизнь, но конечности не восстанавливаются никакими заклинаниями. Магию не отталкивает, так что это не запечатывание правящего рода… К сожалению, его ранили именно вестники Бездны…
Я вздрогнула. Во мне схлестнулось тепло воспоминаний о совершенном мире любви и холод знания, что повреждения, нанесённые вестниками Бездны, невозможно восстановить магией.