Лёгкое прикосновение к сознанию – и я ощутила весь её ужас перед жизнью здесь с такими буйными правящими драконами. А письмо было от матери: она похвалила Сирин Ларн за выбор жизненного пути и успешное устройство в правящей семье. Так же обещала встретиться с ней при удобном случае. И хотя Сирин Ларн в каждом слове видела проявление любви, на мой взгляд послание было суховатым и скорее формальным.
– К счастью, не постоянно, – отозвалась я и толкнула дверь.
Впервые дверь комнаты Элора мне не поддалась, и это кольнуло.
Запер. Он меня всё же запер!
Башня содрогнулась, но я не обратила на это внимания, прошла в ванную. Сирин Ларн метнулась за мной. Её страх пульсировал, наполнял собой всё пространство. Страх и желание прижаться ко мне, спрятаться под моим крылом.
– Стой на месте, – сама я остановилась возле стены, смежной с моей ванной комнатой. Глубоко вдохнула, стараясь не думать о том, что Сирин Ларн купалась здесь, живёт теперь здесь. Не думать не получалось. Злость снова охватила меня, я отвела руку, сжимая её в кулак.
Боль прострелила мышцы. Хрустнув, стена проломилась. Плитка, штукатурка, кирпичи разлетелись по моей ванной, вокруг взметнулись серо-белые облака пыли. Не вдыхая её, я шагнула в беспорядок своего жилища.
Как я и предполагала, защита на стене между комнатами была слабее, чем внешняя.
Закашлявшаяся Сирин Ларн сквозь пыль рванула за мной, но я рявкнула:
– Назад, оставайся там!
И она отступила.
Запах Элора на них опять казался просто приятным. Я снова и снова вдыхала его, перемешанный с запахом меха, и улыбалась.
А за пределами башни рычал и грохотал чем-то разъярённый император Карит.
* * *Под горячую лапу я не полезла: жить мне не надоело, и обострять конфликт с императором, во время его буйства перебегая из дворца на телепортационную площадку, не хотелось. И хотя всё драконье во мне требовало спрятаться в дальний уголок и ждать, когда буря утихнет, я занялась возвращением к нормальной своей жизни.
Началось возвращение с перепрятывания сокровищ в комнатку с коллекцией Халэнна и уборки.