Вокруг «тапира» появились небольшие, с полметра, темные рыбины, которые быстро подскакивали к погруженной в воду части туши и выхватывали из нее куски. Поодаль над водой появилось несколько треугольных плавников местных акул. Не слишком больших, но… есть простое правило – если акула переросла один метр, она уже становится потенциально опасной. Даже если она принадлежит к неагрессивному виду. В свою бытность дайв-инструктором я был укушен за кисть руки детенышем рифовой белоперой акулы, которого пытался вытащить за хвост из-под камня, чтобы показать туристам.
Зубы у акуленка были еще мелкие, и на руке у меня была неопреновая перчатка, поэтому серьезной травмы он мне не нанес, но белые мелкие шрамы так и остались до сих пор, напоминая, что не надо терять осторожности, а излишнее самомнение вредит. И я понял, что даже очень маленькие акулы все же очень сильны и очень быстры. Мне запомнилось ощущение акульего хвоста в руке – как будто стальной трос бился и извивался сам по себе.
Так о чем это я? Об акулах. А почему об акулах, когда здесь крокодил за главного? Может быть, потому, что они от него предпочитали держаться подальше, невзирая на кровь в воде.
А вообще в воде уже кипел настоящий пир. Помимо рыб, о которых я уже говорил, появились еще то ли угри, то ли змеи, которые вцеплялись в свисающие клочья плоти и отчаянно извивались, пока не отрывали их, падали в воду, опять возвращались. Сверху на тушу садились маленькие ящеры-падальщики вроде степных, но помельче.
Напротив, на острове собралась целая толпа. Кто-то даже снимал происходящее на видеокамеру.