– У него две рабыни с собой были, двести килограммов кокаина и десять тысяч доз «экстази» из «глюквы-ягоды»…
– Как-как? – не понял я.
– «Глюквы». Не слышал это слово до сих пор? – удивился он.
– Нет, – покачал я головой.
– Темнота, – махнул он рукой небрежно. – «Глюквой» у нас ее кличут. В общем, не суть. Как только он понял, к кому он попал со всем этим, так и раскололся в одну секунду, до самой задницы. Не знает, что еще нам рассказать.
– А как взяли его? – поинтересовался я.
– Проще некуда, – засмеялся Михаил.
– Помню, – кивнул я. – И что?"
"– Когда они между ними въехали – прострелили им переднее колесо из «винтореза». Они даже не поняли, что это засада, встали – и все вчетвером из машины вылезли: лопнувшее колесо менять. А у нас с двух сторон люди сидели. И раз они так полезли наружу, по ним с обеих сторон из двух ГМ резиновыми пулями, а они по двести пятьдесят граммов и скорость под сто в секунду.
– Какой?
– «Двойка». Его уже здесь перекрасили, не узнаешь.
– Бензина в поездках не напасешься, – покачал я головой. – Если бы обычный армейский был, с дизелем, то не отказался бы.
– Тут на таких не ездят, – улыбнулся он.
– Да знаю, – отмахнулся я. – А девчонки спасенные где?
– В гостинице вместе с тобой, под личной заботой и опекой Исабель Великолепной.
– С них показания взяли? – спросил я.
– Обижаешь – каждый день до сих пор по несколько часов беседуем, до каждой детали все выясняем. Хотим заодно выяснить маршруты ухода дагомейских банд из Индии. Бритты были бы очень благодарны за такую информацию. По их сведениям, у тех какой-то тайный проход там есть, отрываются от преследования раз за разом.
– Правильно, – согласился я с такой программой. – Теперь и мне надо бы пообщаться с Хоффманом. В тихом месте, с видеокамерой, запасом дисков и кем-нибудь видом пострашнее, для внушительности. Есть такой?
– Есть, как не быть, – кивнул Владимирский. – Старшина Гамосов из группы «Тучи». Вид самый что ни на есть зверский, и гвоздь-двадцатку в узел завязывает, не напрягаясь.