Насколько нам стало ясно из рассказов «заместителя старшего сутенера», жулика-молдаванина в «Одалиске» обязательно обыщут, хоть и не слишком тщательно, но в сумки жертв никто сразу заглядывать не станет – по извечному чеченскому презрению к женскому полу. Это уже потом, когда жертв продадут и их потащат в подвал клуба насиловать и ломать психику, – тогда уже сумки выпотрошат, забрав из них себе все ценное.
– Я его знаю – он из Порто-Франко, и он уже привозил нам товар, – между тем говорил сутенер в телефон. – А потом они переругались с Крисом, и больше этот румын не хочет с ним иметь дела… Да, я видел обеих, красивые девки… Нет, они думают, что получат работу в кино… В двадцать часов? Я ему скажу… Нет, мою долю ты мне сам потом отдай… Нет-нет, не надо, мы с ним еще работать будем, давай по-честному.
Человек в яркой рубашке попрощался с собеседником и положил трубку телефона.
– Я все сделал. Хамзат будет ждать вашего человека с женщинами в пять вечера.
Кстати, следует ли еще раз напоминать, что в Новой Земле двадцать часов соответствует пяти вечера, или вы это уже помните?
– Хорошо.
Это и был тот самый сюрприз для Джей-Джей, о котором я говорил. Быть пилотом в нашем отряде – это хорошо, конечно, но я хотел быть уверен, что наш пилот при необходимости может стрелять не только по мишеням в стрелковом клубе, но и в живых людей. Операция же по нападению на клуб «Одалиска» была задумана уже давно и преследовала сразу несколько целей.
Первой целью было то, что Разведуправление РА приговорило владельцев этого клуба к смерти за участие в организации нападения на конвой. Такое не прощалось. Приговор был оглашен давно, и сейчас требовалось привести его в исполнение, решительно и беспощадно.
Второй целью, и для моего расследования наиболее важной, следовало считать нарушение канала поставки героина в Нью-Рино, к Томми «Большому Мальчику». Канал поставки галлюциногенов из дельты Амазонки был уже нарушен – теперь удар наносился по героину, который через этот самый клуб-бордель в город и заезжал, вместе с купленными рабынями.