Так что извини, дядя, если не стану отвечать на твои вопросы.
Подобная ремарка, казалось, нисколько не задела Примуса. Но это только “казалось”. По вспышке боли в голубых глазах, Хаджар понял, что его выстрел попал в цель. И, возможно, в данный момент Примус испытывал больше боли, нежели узник его темницы.
– На мои вопросы? – ухмыльнулся узурпатор. – я думал это у тебя есть вопросы. К примеру – как я узнал в тебе принца.
Хаджар показательно отвернулся в сторону. Всем своим видом он демонстрировал, что не замечает перед собой “собеседника”.
Довольно редкое явление для практикующего, но распространенное среди истинных адептов. Наверное, у них было больше времени и возможностей, чтобы следить за своей внешностью.
– Что же, я и сам могу тебе все рассказать, – развел руками Примус, лишь за тем, чтобы потом вновь скрестить их на могучей груди.
– Это не твоя дочь, – прорычал Хаджар.
Примус изумленно изогнул правую бровь.
– А как же твой – “с бесчестными я не разговариваю”?
Хаджар вновь проигнорировал заданный ему вопрос.
– Впрочем, позволь с тобой не согласиться, – продолжил Примус, довольный тем, что теперь уже он смог задеть Хаджара.
– Тот факт, что ты использовал на ней какую-то технику, не делает тебя её отцом. Я видел шрамы, это подтверждающие.
От вихря энергии, на миг возникшего вокруг Примуса, простого человека разорвало бы на части. Благо ошейник лишь блокировал способности Хаджара, а не полностью возвращал к состоянию смертного. Иначе узник погиб прямо так – на месте.
– Выбирай слова, Хаджар. Не забывай, что твоя жизнь в моих руках.
Хаджар вновь ухмыльнулся. На этот раз не кровожадно, а скорее… мудро. Насколько мудро мог улыбаться пленник, которому едва миновало двадцать пять зим.
– Моя жизнь находиться лишь в моих руках и…
И Хаджар не договорил. Перед его глазами, против его же воли, возникло лицо Атикуса. Разум зачем-то воспроизвел отрывок из рассказа почившего генерала. Рассказа очень сильно похожего на старые сказки, которые юному принцу рассказывал Южный Ветер.