Я ела без косточек, поэтому не получилось… — настороженно произнесла Эра.
— Ох и влетело мне тогда от мамы, когда она узнала об этом.
Эра выглядела немного растерянной.
— Погоди… Так она знала? Со мной никто не говорил об этом!
— Наверное, не хотела, чтобы я дразнил тебя всю оставшуюся жизнь. А я бы так и сделал, если б мне разрешили рассказать правду.
— Так это не были священные персики?
— Конечно, нет! Мама просто собрала их, чтобы сделать вино.
— Но они выглядели по-особенному…
Муан самодовольно разулыбался.
— Что ты с ними сделал? — вздрогнула Эра.
— Эй, это было столько лет назад! Очевидно, что ты вполне выжила, так что не делай такое лицо!
— Что. Ты. С ними. Сделал?
— Покрасил мамиными румянами. Было вкусно?
— Я тебя убью! — завопила Эра.
— Хе-хей, я уже призрак, — усмехнулся Муан, и вся атмосфера, зародившаяся в результате этой перебранки, тут же исчезла, оставив сосущую пустоту в районе груди.
Эра перевела взгляд с Муана на Шена и обратно. Ей так сложно и больно было поверить тогда, когда Ал сообщил о смерти брата, а теперь все стало казаться дурным сном.
Вконец запутавшись, Эра уставилась на Гая и почувствовала, как глаза наполняются влагой. Она с трудом сдерживалась и могла расплакаться даже в присутствии Шена. Она сделала шаг вперед, намереваясь обнять Гая, но руки прошли насквозь. Сердце рухнуло, Эра тупо уставилась на руку Гая, сжимающую ладонь Шена.
— Не плачь, — посерьезнев, произнес Муан. — Пусть сейчас я в самом деле призрак, но я обещаю, что вернусь к тебе.
Слезы Эры тут же высохли, она подняла на него настороженный взгляд и не заметила, что Шен уставился на ее брата с яростным возмущением. Муан не смотрел на него, продолжая говорить, что в голову взбредет:
— Я попался в ловушку, но у нас еще есть шанс все исправить.
Шен так разозлился, что с трудом сдержался, чтобы не вырвать руку из ладони Муана.
Муан покосился на него, не совсем понимая такую реакцию.
Их взгляды не укрылись от Эры. Она пристально посмотрела на обоих, вновь уставилась на своего брата и медленно произнесла:
— Я оплакивала тебя. Я надела траур. А теперь ты говоришь мне, что еще есть шанс все исправить?"
"— Тебя не радует эта весть? — состроил дурачка Муан.