Был человеком? Не морочь людей! Как такое существо может быть человеком?
Однако… Что, если допустить, что он говорит правду?
Сейчас, на грани жизни и смерти он хотел бы поверить в чудо.
Он не мог поступиться своими принципами даже перед лицом смерти. Но Ер предлагал возможность, приняв которую, он не изменит себе. Наоборот, разве он не станет единственным человеком, способном сдерживать Глубинную тьму? Он наконец-то обойдет Шена!
Насколько он верил в этот шанс? Даже одной сотой веры сейчас было достаточно.
Вместе с последним ударом сердца с его губ сорвалось почти беззвучное:
— Хорошо…
Не теряя времени, Ер распахнул плащ, и тьма рухнула на Рэна. Вновь ощутив человеческое тело, Ер был рад первое мгновение, пока боль не сорвала крик с губ.
Шиан бежал впереди, за ним со склона спускались другие заклинатели. Муан заметил в первых рядах главу ордена Великого неба. Пальцы сильнее сжались на плечах Шена, а на скулах заходили желваки.
«Я сейчас в теле Шена», — пришлось напомнить самому себе.
«Я сейчас в теле Шена. В том самом теле, которые эти ублюдки пронзили своими мечами! Ох…»
Муан до сих пор не осознавал, насколько ему повезло, что Шен тогда не умер. Как он мог не умереть от такого? Как справился?
Он почувствовал, как стали подрагивать его руки.
Это тело было уже на пределе.
Муан спрятал лицо, уткнувшись лбом в плечо Шена.
Он слышал, как кто-то остановился рядом. Чуть изменив положение головы, он увидел сапоги Шиана, по щиколотку утопающие в черном песке.
— Как это произошло? — голос Шиана затвердел, когда Шен не ответил ему, продолжая обнимать бессознательного старейшину пика Славы.
— Именно вы решили сделать могилу без тела, — буркнул Муан, не поднимая на него глаз.
Он не смотрел на Шиана, поэтому не видел, какой лед был в его взгляде. Казалось, нечто умерло внутри этих глаз и смотрело на него из потустороннего мира.
Шиан развернулся и приказал другим заклинателям:
— Осмотрите окрестности. Не убивайте членов секты Хладного пламени. Возьмите в плен как можно больше. Не дайте ни одному человеку уйти!
Командующий Ю спустился под землю вслед за подчиненным, показывающим дорогу.