Итак, я вряд ли отравилась, зато второе предположение, которое усиленно от себя гнала, вдруг предстало передо мной во всей его пугающей простоте. И я не понимала, как реагировать на него, если вдруг оно окажется правдой.
Сев на край ванны, я прислушалась к тому, что говорила Марина в кухне, видимо, начав вызванивать Катьку. Оглушающая тишина ватой заложила уши сразу после того, как я поняла - интуиция меня не подводит.
- … да аптека тут рядом… Да… бери сразу два. Нет, лучше три. Чего ты верещишь, как ненормальная? Я сама в шоке!
Вот и я была точно в таком же шоке.
Но это было уже неважно. Если всё так, как предполагаю, я не понимаю, что с этим делать. Нет, я конечно, задумывалась о детях, но в очень-очень нескорой перспективе. Рассчитывала ближайшие пару лет посвятить себя своему собственному делу, а уже после помышлять о замужестве и карапузах.
Выйдя из ванной, я предупредительно взглянула на Маринку, которая так и носилась по кухне с банкой шпротов в одной руке и с телефоном - в другой. Расспросов и бесед на эту тему мне сейчас совсем не хотелось, потому я просто плюхнулась на стул и принялась ждать Катю.
- Давай третий!
- Да уже два показали, что всё случилось!
- Я сказала, давай третий… и не зли меня.
Такой «содержательный» диалог происходил примерно через полчаса после того, как приехала Катя, с порога вручившая мне упаковку тестов на определение беременности.
- Ну, что? - раздался из-за двери в туалет голос Кати.
- Ничего.
- В каком таком смысле? Рассосалось?
- Кать, не трогай её, пошли лучше шампанского накатим, а то будущим мамам уже нельзя.
Девчонки удалились от места моей дислокации, а я уселась на белый трон прямо в одежде, с силой сжимая последний невскрытый тест. Наверное, всё было ясно и так, и мне просто необходимо было смириться с тем, что теперь моя жизнь кардинально изменится. Все грядущие планы придётся поменять тоже, потому что ребёнок будет забирать у меня львиную долю времени.
И я совершенно не представляю, как отреагирует на эту новость Орловский.