Оба раненых бандита побледнели слушая наш разговор.
— Паша кончай этих уродов.
Паша достал свой клинок и спокойно подошёл в сидящим на полу бандитам.
— Так не можно, господин офицер, залепетал раненый в ногу, пытаясь отодвинуться от Паши.
— А когда ты грабил и убивал значит тебе можно было, а нам нельзя. Режь ему глотку Паша. — холодно произнёс я.
— Нее….т, — визгливо заорал бандит, когда Паша схватил его за волосы.
— Быстро говори, на кого работали? Кто сбывал товар? — подскочил я к ним и спросил глядя ему в глаза.
Вижу как у бандита от ужаса увеличиваются зрачки.
— Акин……ку.купец Акиншин, товар скупал, ему всё сбывали. На Солянке, склад у него.
— Подполковник быстро к купцу Акиншину, ротмистр группу захвата. Быстро я сказал, исполнять.
Подполковник и ротмистр вылетели из дома.
Паша держал нож у горла воющего бандита.
— Ладно, Паша, пусть живёт, отпусти его.
Паша отпустил волосы и брезгливо вытер руку. Бандит продолжал скулить и плакать.
Полковник Лукьянов продолжал стоять бледный и растерянный.
— Аслан, перевяжи раненых, поручик всех из дому. Никого не впускать без моего приказа.
— Слушаюсь, господин полковник.
— Пойдёмте на воздух Лев Юрьевич. — я подал молчаливый знак Паше, он кивнул.
— Эх, Эркена нет… Жаль. Ладно, Паша справится, — мелькнуло у меня в голове, когда я вышел из зловонного дома на свежий предрассветный воздух.
— Однако, Пётр Алексеевич, — Лукьянов тяжело вздохнул, снимая папаху, — операция проведена блестяще.
— Кто бы сомневался, — Куликов присоединился, его голос звучал с горьковатой ноткой. — Жестко. Быстро. Эффективно. Глядя на вашу работу, граф, начинаешь понимать всю неповоротливость и… бестолковость нашей полиции. Да и жандармерия, — он бросил взгляд в сторону суетящихся жандармов, — нынче не блещет.
Из дома вышли Паша и Аслан. Павел что-то говорил ему, а сам уверенно направился к моей карете, его походка была лёгкой, словно и не было только что кровавой работы.
— Поручик! — окликнул я ближайшего офицера из отряда Малышева. — Помогите полиции разобраться с этим бардаком.
— Слушаюсь, господин полковник!
Полицейские во главе с усатым квартальным надзирателем уже взялись за дело: хрипя, вытаскивали стонущих бандитов и грубо пихали их в темные арестантские кареты. Мертвецов складывали в жуткий ряд во дворе, накрывая какими-то тряпками. Нарисовался важный пристав, командовавший полицейскими.