— Нельзя недооценивать противника!
Горькая, простая истина в очередной раз торжествовала свою победу над глупостью и спесью.
Дверь кабинета распахнулась без стука.
— Добрый день, граф! — веско произнес вошедший подполковник Эндрю Мак Габен, военный атташе. Скотт из тех кланов, что веками верой и правдой служат короне, с холодным умом и острым языком.
Баркли даже не поднял головы от бумаг, которые бесцельно перебирал.
— И что же вы находите доброго в этом дне, Эндрю? — голос посла звучал плоским, выжатым до дна.
Мак Габен уселся напротив, откинувшись в кресле.
— Ну, Генри, не вешай нос. Весь свет знает — ты сделал всё, что мог, чтобы замять эту историю миром. Не твоя вина, что глупцы проигнорировали совет. — Он ткнул пальцем в воздух. — Очередной раз недооценили русских. Они вовсе не те неотесанные медведи, за которых их держат. Понял, как изящно они нас подставили? Выставили кровожадными сквалыгами, готовыми за пятьсот жалких фунтов перерезать глотки мирным подданным царя, который, к слову, умолял нас проявить христианское милосердие! Теперь мы — жадные негодяи в глазах всей Европы.
Мак Габен усмехнулся, в его глазах мелькнуло что-то вроде мрачного удовлетворения.
— Подумаешь, получили по задницам пару раз. По-моему, справедливо. Но вляпаться так топорно, с поличным… — Он покачал головой с явной досадой. — Судьба дала шанс отделаться легким испугом. Нет же! Надо было полезть дразнить русского медведя в его же берлоге. Глупость, чистой воды глупость.
— Что с того, что мы с тобой понимает, как все происходит в России. Эти Лондонские снобы и нас считают не очень умными, раз согласились служить в Российской империи — с горькой усмешкой проговорил Граф.
— Послушай Генри, ты выплатил русским тысячу фунтов? — Эндрю снизил голос до шепота.
— Да, под поручительство расписки Арчибальда Донвера. — Генри тоже понизил голос.
— Она оформлена правильно?
— Да, а зачем тебе Эндрю это?
— Послушай Генри, Арчи хвастал передо мной, что у него на счёте лежит двадцать восемь тысяч фунтов.
— А если родные Арчи поинтересуются куда делись деньги? — Испытывающее смотрел Генри на Эндрю.
— Генри, мы то откуда можем знать куда он их дел. Карты, женщины, мало ли причин потратиться.