На «Комсомольской» вагон опустел. Здоровяки вдруг встали.
– Подвиньтесь, юноша. – Литое тело ощутимо подтолкнуло меня справа.
Я отлетел, как пушинка, и врезался уже в другое тело, тоже весьма не хилое. В то, что слева. Повернул голову вправо: ух, ты, опер Олег, собственной персоной.
– Знакомься, Михалыч, – прозвучало над ухом. – Толя, тот самый, что обидел нашего полковника.
– Вижу.
Я повернул голову. Мы глянули друг на дружку. Он усмехнулся и кивнул.
– Будем знакомы, шалун вы этакий.
– Будем, – грустно согласился я и глянул на экран.
Я ТАК ПОНЯЛ, СКОРО УВИДИМСЯ.
– Разрешите? – Олег кивнул.
УРОД ТЫ, ТЕЗКА, – скорбно заметил я.
THINK POSITIVE, – откликнулся тот и еще смайлик добавил, садист.
Перед «Киевской» Олег прихватил двумя пальцами мою вялую правую ручонку и пристегнул наручником к своей левой.
– Так-то надежнее будет, – пояснил он. – А то уж больно ты, браток, шустрый.
Мы вышли из вагона прямо навстречу целой группе героев. Десять, по-моему, человек. Девять в сбруе, при касках и автоматах.
– Взяли, значит, злодея, – с азартом и победной радостью в голосе проговорил десятый, видимо, старший. Пузатый майор с малиновым носом над роскошными буденновскими усами. Без каски и автомата, зато в бронежилете. – Пакуем? – интересно, кем он меня представлял, наркобароном из Колумбии или серийным, особо опасным попрошайкой из Молдавии?
– Уже, – негромко проговорил Михалыч. – И, это…
– Не надо лишнего шума, – продолжил мысль товарища Олег. – Отзовите спецназ и вертолеты огневой поддержки.
– Так совместная же операция, – все никак не мог успокоиться бравый майор. Душа явно просила подвига и драйва. – Мы ведь тоже…
– Безусловно, – веско молвил Михалыч, – заслуги вашего подразделения будут должным образом отмечены в рапорте.
– Сверлите дырки в кителях, джентльмены! – добавил Олег. Несильно толкнул меня плечиком. – Ну что, пошли уже, неуловимый ты наш.
"И мы двинулись, трогательно, как детишки из садика на экскурсии, держась за ручки. Скромненько, стараясь особо не бросаться в глаза москвичам и гостям столицы. По сторонам разве что не глазели. Потому что сопровождающие лица бдительно отслеживали меня, а я смотрел себе под ноги. И все решить не мог, конец ли это всей игре или только ее начало.
Часть седьмая
Клоун после секса тут же сделал из презерватива забавную собачонку.