Рядом с ним на кровати сидел Шуэр, он гладил его по голове, смотря при этом обеспокоенным взглядом. Шен вновь закрыл глаза.
Спустя какое-то время он услышал звук открывшейся двери.
— Лекарь Од, как он?
Лекарь подошел к кровати и взял запястье Шена в свои руки, застыв, прислушиваясь к его пульсу.
— Похоже, его телу требуется больше отдыха, — через минуту произнес лекарь. — Его защитные механизмы, сдерживающие бушующую внутри энергию, оказались ослаблены, и теперь это вредит физической оболочке.
— Вы можете что-нибудь сделать?
— Я попробую успокоить энергию внутри него, это может позволить его физической оболочке быстрее восстановиться.
Шуэр встал с кровати, а его место занял лекарь. Он вновь дотронулся до руки Шена, обнажая его предплечье. Затем развернул футляр, в котором оказался набор для иглоукалывания. Достав одну из тонких длинных игл, лекарь медленно вонзил ее под кожу пациента.
Это не было больно. Шен наблюдал за ним из-под опущенных ресниц.
Через какое-то время доктор закончил процедуру, вынул иголки из тела больного, и удалился, а Шуэр вновь присел на край кровати.
Шен открыл глаза и посмотрел на него.
— Знаешь, — произнес он, — когда я только приехал в этот дом, я был счастлив тому, какая у тебя большая и счастливая семья, сколько любви и света во всех павильонах этого поместья.
"— Тебе не нужно в этом копаться, — мягко произнес Шуэр, проводя ладонью по его голове. — У всех нас есть ошибки, которые хотелось бы забыть. И чем длиннее жизнь — тем больше таких ошибок.
Шен помолчал, глядя на него.
— Думаешь, если не говорить о них, они исчезнут?
— Они никогда не исчезнут. В этом и заключается их отмщенье.
— Что находится в комнате за белой дверью?
— Там ничего нет.
— Тогда, что там было?
Шуэр помолчал.
— Отдыхай, — затем сказал он и поднялся с кровати.
Не говоря больше ни слова, он покинул комнату, прикрыв за собой дверь.
Шен перевел взгляд на потолок.