Шен в какое-то мгновение собирался схватить и его другую руку, но Муан ловко сцепил заколкой его волосы и отошел на шаг.
Шен обернулся к нему.
— Ну как? — спросил старейшина пика Славы.
Шен потрогал волосы, которые были собраны на затылке, а дальше свободно спускались.
— Непривычно. — Он тряхнул головой и услышал высокий звон. Голова его при этом взорвалась болью от столь резкого движения. — Как ты ее заколол?
— Я научу тебя, это не сложно. Однако… неужели такие вещи тоже можно забыть? Раньше ты… — Муан осекся, произнося это.
Хозяин Проклятого пика мысленно завопил, осознавая, что вновь прокололся. Конечно, оригинальный Шен умел все это закалывать, у него в замке было много искусных вещиц!
— И все-таки я возьму еще и несколько обычных колокольчиков, — резко отвернувшись, перевел он тему.
Муан смотрел на его черные волосы, в которых теперь поблескивала заколка, которую сам только что заколол.
Из проема в дальнем конце лавки вышла пожилая женщина. Завидев ее, Шен тут же с облегчением завопил, что они берут все эти колокольчики, заверните!"
"Он не был настроен ни на какие предсказания, поэтому молча и напряженно ожидал, когда женщина запакует все колокольчики. Взгляд его блуждал по лавке и наткнулся на алтарь в углу помещения. Шен не сразу понял, что именно привлекло его внимание, но после более тщательного изучения пришел к выводу, что маленькие статуи на алтаре очень сильно походят на статуи бабуськи с внучкой, которые, к слову, таскались все время за ним, но остались возле лавки.
— Чей это алтарь? — спросил он, расплачиваясь с женщиной за колокольчики и заколку.
— О, это местные божества, — тоже переведя взгляд на алтарь, поведала та. — Можно сказать, уникальные божества наших окрестностей. Когда-то бабушка и внучка были обычными людьми, но они были зверски убиты свихнувшемся сыном бабушки, отцом внучки.