Восток — дело тонкое, как говорил товарищ Сухов в «Белом солнце пустыне», — шепнул мне Рафик, когда мы вышли из здания командного пункта.
Удивительно, что смотрел младший Малик наши советские фильмы. Видимо, во время учёбы в Советском Союзе проникся нашей культурой и искусством.
Пока что вырисовывается картина, что кто-то сдал весь порядок проведения операции. Начиная от маршрутов и заканчивая временем. А ещё этот кто-то не дал приказ выйти в назначенный район группе прикрытия и экипажам ПСО. И самое интересное — подобрал для задачи самых неопытных лётчиков.
Рафик не в счёт.
— Дело тонкое, говоришь… Хех! — ответил я на манер всё того же Сухова.
Как по мне, так все «стрелки» указывают на Салеха. Осталось понять, чем сбили наших ребят, и тогда точно можно высказать свои предположения Зуеву или даже более вышестоящим людям.
Техсостав сирийцев на стоянке быстро начал готовить для нас Ми-8. Экипаж ушёл за снаряжением, а я решил переговорить с группой.
Рассказав о произошедшем, я заметил, как мои товарищи напряглись.
— Я разговаривал с сирийскими лётчиками. Они сами летают по установленным маршрутам и их постоянно где-то, но накрывают, — сказал Шамиль, протягивая мне флягу с водой, чтобы я попил.
— А мы, сам знаешь, их меняем. Каждый раз новая траектория. Уже не так-то и просто сделать засаду, — поддержал его Зелин.
Идея у ребят интересная.
— Саныч, не нам же расследованием заниматься. Пускай доказывают слив информации другие.
— В детективов мы играть точно не будем. Пока занимаемся подготовкой техники, поскольку полётов пока нет. Латаем дырки на бортах, устраняем несправности, — ответил я.
Все подчинённые участвовали в беседе, кроме одного — Иннокентия. Кеша в это время стоял за спинами и не пытался вступить в разговор.
Командир экипажа подал команду садиться на борт.
— Саныч, есть мысль. Не нравится мне обстановка на базе, — шепнул мне Кеша.
В это время к вертолёту уже подогнали машину АПА, и экипаж приготовился к запуску.
— Что смущает? — спросил я.
Зуев уже выглянул из грузовой кабины и начал мне показывать кулак.
— Ну, тут не по-русски как-то всё.
— Так ты и не в Советском Союзе.