единица? Пускай попробует отразить!
Может, мне показалось, но я отчетливо услышал хлопок…
— Хозяин, над нами раздался взрыв! — заявила откинувшаяся на спинку кресла Валантэ. Не имея возможности исполнять обязанности штурмана, она просто наслаждалась полетом. У меня не было причин не доверять эльфийке с острым слухом, так что я обрадовался новости.
— Отлично, одной проблемой меньше! — мы наконец прошли овраг. Как я это понял? Стрелка показала вниз и я повел флаер прямо в реку, практически нырнув в нее. Ее русло тем временем резко развернулось и теперь вело назад, на стартовый участок.
— У нас два преследователя! Настигают!
Обернувшись, я приглушенно выругался. Охренеть! У этих уродов еще и форсаж есть! Почему Гроблин мне не поставил?
За флаерами Оболенского и Батовой тянулись реактивные следы. Каддик следовал за ламборгини, как привязанный… хотя, почему как? Я отчетливо увидел протянувшуюся между ними зеленую нить.
Засмотревшись на преследователей, я сам едва не вылетел с гонки. Из воды перед феррари снова вылетели ледяные колья. Спасибо, щит выдержал, но зрение на миг пропало и пришлось снова заряжаться от кристалла. Интересно, много в нем энергии осталось? Хм, нормально, девяносто два процента.
Судя по всему, стрелял в меня сам Оболенский. Получается этот хрен контролирует не только огонь, но и воду! Вот же хренов уникум! Лови, фашист, гранату!
Я представил, как перед его флаером появляется металлическая гончая. Очень удивленная собака прошила мигнувший щит и разлетелась о стекло, напрочь забивая обзор. Подчиняссь беспощадной физике и гравитации, флаер хлыща резко ушел под наклоном вниз и врезался в воду. Отлично, минус один, остался еще один!
Вика чуть было не ушла за Робертом, но все же смогла вырулить.
— Не успеем, если не ускоримся, — спокойно доложила Валантэ.
Я поискал на приборной панели кнопку форсажа, и, ничего не найдя, со спокойной душой отклонил штурвал влево, пропуская соперников. На миг мы поравнялись и встретились взглядами. В глазах Вики я увидел одновременно азарт, восхищение и торжество неминуемой победы. Ничего, ща исправим.