Вот и теперь, я не знаю, плакать мне или смеяться? Мой новый сосед, такой же гость этой гостеприимной деревушки, стот на коленях, подслеповато щурясь в полумраке, и растирает развязанные руки. В изодранной дубленке, грязной шапке модели «петушок» и с небритой физиономией он похож на бездомного забулдыгу. Впрочем, после БП все, кто не озаботился подготовкой к выживанию, напоминают бомжей. Охранники, хлопнув дверью, удалились.
— Ну, здравствуй, Юра Харитонов, – тихо произнес я.
– Санек?! – воскликнул бывший герой арены.
– Тише, блин! Не стоит им знать, что мы знакомы.
— Что ты здесь делаешь?
— Это я у тебя спросить хотел, вражина.
Юрик помотал головой, будто прогоняя неприятные воспоминания.
– Все поменялось с тех пор… все поменялось… не стоит ворошить прошлое. Я стал другим человеком без своей Зюзечки… — грустно вздохнул он.
– Не стоило тогда преследовать нас.
– Да… я тогда потерял большую часть отряда. Кто выжил, разбежались по лесу или вернулись в Кандалакшу. Не знаю…
— А ты, значит, не вернулся.
— А что мне там делать после такого провала? Без жабы на Арене я не продержусь и пяти минут.
Я только хмыкнул. Мне совсем не жаль этого прислужника пендосов.
Юрец продолжил:
— Я ведь запомнил твои слова, Саня. Ты советовал уйти в тайгу, построить дом… я понял, что это мой шанс начать жизнь заново! Я нашел старую охотничью избушку. Хочу вот завести животных… я ведь люблю зверей, Саня!
— Ну, так и занимался бы животноводством! Зачем ты мне это рассказываешь?
— Я знал про эту деревню, они подчиняются Полковнику.
-- Это точно, – хмыкнул я. – Был уже на допросе?
– Еще нет, – вздохнул Юрик. – Они хотели грохнуть меня на месте за то, что ловил рыбу на их озере. Рассказал, кто я такой. Что я – правая рука Полковника! Меня знает вся Кандалакша! Но эти разбойники только насмехались надо мной, избили меня! Саня, скажи им, кто я, пожалуйста! Пусть меня отпустят!
Тут я призадумался. А ведь Юрик действительно может помочь…
– Через несколько дней сюда приедут пендосы, – сказал я.
– О, да!
– Братка! С кем ты там, хуле, шепчешься? – Загремел цепями из своей камеры десантура. – Знакомы чтоль?
– Погоди, Вован! Не шуми, позже все расскажу!
– Ладно, епта. Не знал, что у тя секреты какие-то ебаные есть, – проворчал ВДВшник, но, слава богу, заткнулся.
– Кто это? – осторожно спросил Юрик.
– Вовчик, друган мой, – небрежно ответил я, не став рассказывать, что геноцид пендосов на лесной дороге, его рук дело.