— Во дворе кого-нибудь встретили?
Девушка дернула подбородком куда-то вверх:
— Мария Семеновна с собачкой гуляла.
— Есть тут Мария Семеновна?
Через перила свесились седые распущенные кудри.
— Не припомните, когда вы вернулись с прогулки?
Мария Семеновна помнила: ровно в десять, у нее режим.
Возвратился Томин, проводив потерпевшего до палаты с надписью «Реанимация». Передал Зине обернутый салфеткой продолговатый предмет, в котором наэлектризованная толпа угадала нож.
Нож прошел мимо сердца, но при падении человек сильно ударился виском.
«Серов», — прочел Знаменский и задержался на карточке. В стрижке, в складке губ угадывалась приблатненность. Но лицо вызывало симпатию. Судя по прописке, он жил неподалеку.
— Саш, к родственникам, ладно?
Томин понимающе кивнул и скрылся.
Покончив со своими обязанностями, Кибрит принялась переписывать для Пал Палыча фамилии присутствующих. А он пустил паспорт по рукам в надежде, что кто-нибудь все же знал потерпевшего.
У молодой пары паспорт застрял — о чем-то зашептались.
— Ну? — поторопил Знаменский.
— По-моему, с соседнего двора, — нерешительно сказал парень.
— Верно. Что еще?
— Мы тем двором на автобус ходим… Там стол и, как ни идешь, доминошники стучат.
— И Серов играл?
— По-моему, да… А из наших там Володька бывал.
Дюжий Володька, щелкая шлепанцами по голым пяткам, протолкался вниз со второго пролета.
— Ты чего метешь? чего метешь?
— Не шуми, Володька, я тоже видел! — обрадованно встрял рыжеватый мужичок.
Володька посмотрел на фотографию, брови нахмурились.
— Ну… допустим, встречались, — и, повышая тон: — Ну и что? Я один, что ли? Игнат с Афоней чаще моего там торчали!
— Никишины? Правильно, и Никишиных видел! — подтвердил рыжеватый.
— Все-то ты, дядя, видел, — с неприязнью процедил Володька. (Явственно недоговаривая: «Держал бы при себе».)
— Есть Никишины? — окликнул Знаменский.
— Нету, — донеслось сверху. — Позвать?
Все тут друг друга знали — преимущество старого дома.
— Не надо, все равно придется по квартирам идти.
— Они в десятой квартирке, — услужливо доложил рыжеватый.
— Найду. Пока все, товарищи, можно расходиться.