«Просто» заключалось в том, чтобы поднять по картотеке всех Сергеевых, естественно, Петров Ивановичей. Из них отобрать тех, кто получает пенсию по болезни или травме и проживает в районе Плотникова переулка.
Часа через полтора, наглотавшись бумажной пыли, Токарев облюбовал пятерых Сергеевых. Оставалось еще раз сделать «просто»: уговорить зава бросить все дела и вместе объехать кандидатов в Чистоделы.
Зав уговорился, из Управления дали машину, объезд начался. Одного опасался Токарев — что Чистодел не был Сергеевым, а получало его корреспонденцию подставное лицо.
(По счастью, тогда не развился еще промысел, предлагаемый ныне в объявлениях: «Сдам в аренду абонентский ящик. Конфиденциально»).
Все посещаемые Сергеевы словно поджидали кого — сидели по домам, у всех накопились к собесу претензии и просьбы. Зав разрывался между их нуждами и нетерпением оперативника. Миша продолжал твердить себе, что кипятиться попусту… и т. д.
Четвертое посещение пролило бальзам на его душу.
— Мы из райсобеса, — зачастил зав. — Сергеев Петр Иванович здесь живет?
— Живет — слишком громко, — усмехнулась молоденькая соседка. — Бывает. Отсыпается после пьянок. В таких пределах.
— Он — инвалид, и у него трудовая травма?
— Раз в жизни заставили работать, конечно, с непривычки надорвался… А вообще-то у него ярко выраженный синдром Тита, — состроила она глазки Токареву.
Миша заинтересовался:
— Синдром… ага, это сумма признаков определенной болезни.
— Совершенно верно.
— При какой же болезни этот синдром Тита?
— А это, знаете… «Тит, иди молотить! — живот болит. — Тит, иди кашу есть! — А где моя большая ложка?»
Зав вдруг по-детски прыснул и долго не мог уняться.
— Вы плохо относитесь к нашему подопечному, — констатировал Токарев. — Он дома?
— Нет. Позвонил вчера, что поздно вернется и чтоб засов не задвигали. Но по сию пору не явился.
— И часто он в загуле? — осторожно поинтересовался Токарев.
Вероятно, слишком осторожно, потому что девушка внимательно осмотрела Мишу.
— Как соседка я на Петра Ивановича не жалуюсь. И, если человек получает пенсию, он волен расходовать ее, как ему нравится, разве нет?.. Вы правда из собеса?
— Мы выборочно обследуем условия жизни… — начал Токарев, замолчал, махнул рукой. — Сдаюсь, — и показал удостоверение.
— Что-то случилось? — забеспокоилась она.
— Сергеев курит?
— Как паровоз.
— Не заметили, что?
— «Беломор».