Она пытается откинуться назад, вор близко видит ее глаза и нахмуренные в легкой досаде брови. Из желания порисоваться или поддавшись галантному побуждению, он опирается ладонями в дверь, отжимает толпу назад и сдерживает ее напор, освобождая вокруг женщины некоторое пространство.
— Читайте.
— Благодарю, — насмешливо произносит она и, стоя в кольце его рук, читает до следующей остановки. Там платформа оказывается расположенной со стороны Раисы и она выходит, оставив вора несколько разочарованным: он привык к вниманию.
* * *Пригородный поселок. Глухой забор и крепкие ворота, в которых прорезана калитка. Раиса Глазунова нажимает кнопку звонка и нетерпеливо притопывает ногой. Наконец калитка отворяется, взору Раисы предстает давно небритый мужчина неопределенного возраста.
— Здравствуйте, Борис Анатольевич… Кажется, вы меня не узнаете, — снисходительно улыбается Раиса, замечая, что тот изрядно «под банкой».
— Помню, — говорит хозяин. Привалясь плечом к забору, он не проявляет желания впустить женщину внутрь.
— Не сделали! — догадывается она, мрачнея. — Это уже форменное свинство! Вы же знаете, что в среду я уезжаю!
— Где среда, там и пятница, — тянет хозяин.
— Да поймите, мы едем компанией на трех машинах. Вы попросту срываете мне отпуск!
— Как-нибудь перебьешься. Приболел я.
— То бишь запил. Ох, мужики!
Из-за ее спины с механиком здоровается проезжий, который затормозил против ворот.
— Боря, — спрашивает он, — чего-то у меня внизу звякает, не пойму.
— Тронься, — просит механик.
Тот трогает машину, проезжает метра полтора.
— Жмунькает, — мгновенно ставит диагноз автомеханик. — Крестовина.
— А-а… Вот спасибо тебе! — И автомобилист отъезжает. Этот короткий диалог напоминает Раисе, что ее собеседник — не только обманщик и пьяница, но и искусный мастер.
— Борис Анатольевич, миленький, — говорит она. — Будьте человеком! Если я в среду утром…
— Не-е.
— Тогда я забираю машину!
Соловые глаза мастера открываются пошире. Помедлив, он отступает назад, давая Раисе войти. Она обегает взглядом двор и оборачивается к хозяину с вопросительным и сердитым видом.
— Нету, — сообщает он. — Увели.
— То есть как? — медленно спрашивает она.
— Не знаешь, как уводят?.. Хошь кричи, хошь плачь — «жигуля» нету!
— Я, кажется, не кричу и не плачу, — каменным голосом говорит Раиса.