Кисть Алика, держащую деньги, сжимает чья-то сильная рука; покупателя заставляют обнять и прижать к себе «дипломат»; портниху берут под локоть. И так их ведут к милицейскому «уазику».
Пал Палыч кладет перед Кибрит николаевский червонец.
— Ты смотри, где-то золотишком разжился!
— Неисповедимыми путями, Зиночка! Вчера десять таких монет пытался продать зять Сони Нарзоевой. Одному деляге, которого БХСС держало на прицеле. Мне позвонили прямо ночью, и я поехал знакомиться с этим Аликом.
— Но ты ведь принес не похвастать? — вертит Кибрит червонец.
— Да нет. Соня с дочерью ищут Алика по больницам, думают, попал в аварию. А он сидит у нас и плетет ахинею. Нужна маленькая справочка для решительного допроса. Надеюсь, у червонцев есть оригинальная особенность…
— Фальшивые, что ли?
— И да и нет.
— Ну, так не бывает!
Пал Палыч устраивается поудобней.
— А вот послушай. Однажды — уже неважно, каким образом, — к неким умельцам попал в руки станок с бывшего царского монетного двора.
— Так прибыльно чеканить из песка?
— Понимаешь, песок брать рискованно: скупка краденого с приисков. А про монеты можно сказать: «Что вы, что вы, наследство от бабушки, она в молодости пела какому-то графу!»
— То есть на монеты больше спрос…
— Ну да. Потекли червонцы на черный рынок. Но через какое-то время обнаружилась странная вещь: проба оказалась выше, чем у государя императора.
— Умельцы перестарались? Смешно… Но, Пал Палыч, при чем тут ЖЭКи и Мусницкий?
— Соня связана с Мусницким. Алик связан с Соней. А ее муж незадолго до второго ареста приобрел изрядную партию самодельных монет. Мы их тогда не нашли.
— Значит, тебя интересует проба?
— Да, Зиночка, официальное заключение потом, в порядке живой очереди. Пока только шепни на ушко!
Кибрит берет монету и уходит.
Возвращается она довольная, что может обрадовать Знаменского.
— Самоделка, Пал Палыч.
— Ну, теперь Алику деваться некуда, выведет меня на Соню!
Вечером, когда в квартиру Сони звонят, Изабелла, с тревогой ожидающая известий об Алике, бросается к двери:
— Кто?
— Открой, Белла, это я, — слышен голос Алика.
Белла отпирает и с радостным стоном виснет у него на шее, никого больше не замечая.
— Алик!! Как я измучилась!..