— Кстати, луковицы они недолго думая перепрятали сюда, в усадьбу, — добавил Рис. — На чердак давно никто не заглядывает. Паули впустила брата через чёрный ход, он и приволок мешок. Так что улики в участке, незадачливые контрабандисты тоже, молоко кухарка вылила, кринку выбросила. Можешь спать спокойно, травить тебя больше некому. Я-то уже испугался, что цель не я, а ты, и взорвать тоже хотели тебя…
— Какая ещё цель? — встрепенулась я.
— Не важно, — скривился Дельхарт. — Я со всем разберусь. Есть у меня догадки, кто мог так оригинально попытаться от меня избавиться.
Мир вокруг завертелся, я внезапно оказалась лежащей на спине, а Рис навис надо мной, опираясь на локти, чтобы не придавить. Лицо его стало серьёзным до невозможности.
— Мне нужно будет уехать. Надеюсь, ненадолго, — сообщил он. — Ты меня дождёшься?
— В смысле? — уточнила я, хотя и так всё прекрасно поняла.
Но должна же я, как настоящая женщина, немного пококетничать, прикинувшись дурочкой!
— Не уйдёшь обратно в свой мир? — выдавил Дельхарт после долгого молчания.
Просьба далась ему нелегко — было видно, что умолять о чём-то мужчина не привык. И то, что он пошёл против своих обыкновений ради меня, грело душу и едва зародившееся чувство где-то в глубине оной.
Не могу сказать, что влюбилась в него с первого взгляда. Вообще-то наше знакомство вылилось в настоящую катастрофу и конфликт. Зато потом выяснилось, что поверхностное впечатление бывает обманчиво, а за фасадом шовиниста и солдафона прячется заботливый и понимающий мужчина.
Меня многое держало в прежнем мире — начиная с семьи, заканчивая любимой работой и совершенно другим уровнем жизни. Но сейчас, глядя в ставшие родными сероватые глаза, я не смогла произнести вслух роковые слова.
— Не знаю, — вырвалось у меня. — Прости."
"— Что ж. У нас будет время подумать, — сделав вид, что ничего не произошло, Рис откатился обратно, устраивая меня в объятиях. — Пожалуй, пауза пойдёт на пользу нашим чувствам. А то всё время то кого-то спасаем, то сами рискуем жизнью…
— Нет никаких чувств, — возразила я едва слышно на чистом упрямстве.
Потому что прекрасно понимала: есть они, и ещё как.
Хрупкие, новорожденные, готовые угаснуть от неосторожного слова, но есть.
Глава 19
Алиса
Дельхарт уехал, как и обещал, на следующее утро. Всю ночь он провёл в моей комнате. Подозреваю, вовсе не с целью испортить мне репутацию, как восторженно предположила тётушка. Рис опасался, чтобы мне не стало хуже.