Рассказать о своих страхах и о том, что мучило меня в этот момент.
Берна я нашла в стороне от лагеря. Он со своими мохнатыми сородичами отдыхал на небольшой заснеженной поляне среди сосен. Берн лежал чуть в стороне от других, в вальяжной позе на животе, чуть вытянув вперед мощные лапы. Голова его покоилась на мохнатой лапе. Мне показалась, что он о чем-то думал.
Зверь почувствовал мое приближение, оттого его темные глаза тут же вперились в меня.
– Тебя что-то беспокоит, моя гала? – раздался голос медведя в голове.
Чуть приподнявшись, он вытянул лапу. Я поняла его без слов. Присела на мохнатую шкуру медведя и заглянула ему в глаза.
– Ты прав, Берн, – ответила я тихо и сбивчиво продолжала: – Не знаю, что со мной происходит. Я люблю тебя. Мы многое прошли вместе в других жизнях, и ты мой суженый, но… сейчас я в таком замешательстве. Оттого что другой мужчина вызывает во мне страстные чувства. Я не хочу скрывать это от тебя. Ты должен знать, ведь у нас нет секретов друг от друга.
– Чарослав?
– Да. Я не понимаю, что со мной.
– Все правильно, Злата, – ответил Берн. – И чувства тебя не подводят. Так и должно быть. Все естественно. Да, ты моя суженная, но ты человек, а я медведь. Мы не можем физически быть вместе. Это противоестественно. Потому ты должна, нет, обязана найти себе пару на это воплощение среди людей, а я среди медведей. Так мы выполним свой долг перед нашими семействами и продлим свой род.
Я пораженно захлопала глазами, начиная понимать, о чем он говорит, и это вызвало в моей душе радостное чувство облегчения.
– Ты говоришь о том, что я должна быть с мужчиной, рожать от него детей.
– Да. Это разумно и нормально, Злата. Ты даже наверняка полюбишь его, как своего мужа. Ведь и у меня есть жена-медведица, ее зовут Крина, и я люблю ее, как свою жену, в этом воплощении, у нас уже двое медвежат. И у тебя тоже родятся дети от Чарослава. Но это вовсе не мешает нам помнить о том, что мы суженые навеки, и наши души похожи и связаны воедино.
Его слова лились как целительный бальзам на мою душу. Я была согласна с его мудрыми речами. Облегченно выдохнула.
– Как и я, Берн. Ты мой суженый. Но Чарослав также дорог мне, и одно другому не помеха.
– Да, моя гала.