Я все еще помнила бархат, услышанный однажды в чайной «Клевер и роза». Но в этом голосе никакого бархата не было, лишь надсадное хрипение, словно человек слишком долго кричал и повредил голосовые связки.
– Что? Ах… Имя. Некрасиво спрашивать у девушки имя, не назвав свое.
Дерзкие слова вырвались по привычке, хотя никакого желания дерзить я сейчас не ощущала.
Главарь не улыбнулся. Он вообще никак не отреагировал. Просто застыл, словно статуя, не сводя с меня взгляда.
– Меня называют Рэй.
– Рэй?
– Тебя что-то удивляет? – Он даже бровь не поднял.
– Нет, я… Ладно, Рэй.
Я подумала, что есть разница между фразами «Меня называют» и «Мое имя….»
– Ванда, – соврала я. – Так что тебе от меня нужно, Рэй? Моя семья заплатит выкуп, если ты…
– Поговори с профессором Хакалом.
Что?"
"– Поговорить с профессором? – тупо переспросила я. Ясность мысли никак не желала возвращаться, словно человек, стоящий во мраке, каким-то образом влиял на мой разум.
– Да. – Главарь медленно сделал шаг назад, отступая еще дальше от круга света.
– Почему я должна это делать? – Я вскинула голову.
– Сделаешь, что я сказал, и сможешь вернуться домой.
Я сжала в кулаках плед, пахнущий пылью и почему-то ладаном.
– Думаешь, я поверю в твои обещания? Да вы прирежете меня при первой же возможности!
Главарь вдруг сделал два мягких, плавных шага и оказался передо мной. Высокий, худой. Пугающий до дрожи, хотя в чертах его лица не было ничего чрезмерно отталкивающего, а в теле – угрожающего.
– Зачем мне убивать тебя? – тихо спросил он.
– Преступники всегда так делают, – слабым голосом произнесла я. Потрясла головой, надеясь, что мои извилины сложатся в нужный узор. – Устраняют свидетелей.
– И все же я тебя отпущу. И не причиню вреда. Обещаю. Просто помоги нам. Поговори с профессором, вы знакомы, и тебе он поверит.
Знакомы? Вот так дела! Похоже, кто-то из отступников наблюдал мою беседу с Хакалом.
– Убеди его принять наши условия. Профессору ничего не грозит, он всего лишь должен выполнить то, о чем я его прошу. В ответ я гарантирую господину Хакалу безопасность и обеспечу всем, что ему понадобится.
– То есть его вы тоже отпустите? – не поверила я.
– Если он выполнит условия. Мы не хотим никого… убивать.
– Тогда чего же вы хотите? – не сдержалась я.