Мысль об этом губит все живое, что расцветает в душе.
Глеб обнимает меня со спины, прижимает к себе. Мне всегда ночью холодно спать. Помню, как во сне теснилась к нему, а он ворчал, что мешаю ему. Его кожа всегда пылала и горела. Он весь был как печка. А сейчас Глеб первый дает мне свое тепло. Дарит."
"– Не отпускай меня, Глеб, – шепчу я уже сквозь сон.
– Не отпущу.
Глава 34
Мила.
Я проснулась от настойчивых поцелуев. Хотелось сначала отмахнуться. Я еще во сне, брожу вдоль каких-то улиц. Там темно, но ночное небо сплошь покрыто звездами.
Горячие ладони проходят вдоль тела, задерживаются на груди и слегка теребят соски. От таких настойчивых ласк я выныриваю из своего сна, но открывать глаза не спешу. Еще нежусь под звездным небом.
Ерзаю на постели и пытаюсь свести бедра вместе, но отчетливо ощущаю пульсацию. Рука Глеба проходит по внешней стороне бедра. Задерживается на выпирающей тазовой косточке, еще одно мое слабое место.
– Навицкий, это ты?
Звонкий шлепок, который приводит меня не только в чувства, он полностью возвращает меня из сна в реальность. Становится немного обидно, а кожу обжигает.
– Ты с ума сошел? – резко приподнимаюсь на кровати.
У Глеба волосы взъерошены, он тоже только открыл глаза. Выглядит сонным, но готов уже хлестать меня своим взглядом за мой вопрос: его задело.
– А с кем ты думала проснуться? С ангелом своим?
Подвигаюсь ближе и пробую его обнять, но он только сбрасывает мои руки и пытается увернуться. Мои попытки пустые. Глеб обижен, а мне становится смешно. Его выражение лица не может оставить равнодушной, в груди теплится какое-то чувство, которого раньше не было. Это и нерастраченная ласка, и желание быть единственной, и немая просьба ответить взаимностью. Коктейль чувств и эмоции от которого пьянеешь, хотя там нет и грамма алкоголя.
– Глеб, посмотри на меня, – строго прошу я.
– Что? – не доволен, но подчиняется. Обожаю, когда он так делает. Мы не на поле боя, но именно сейчас я понимаю, что при правильном раскладе, всегда буду одерживать победу. Только нужна ли уж она мне так?
– Это была шутка, не очень удачная. Извини, – прощение просить всегда тяжело. Мы же как два упертых человека со взрывным характером. Никому не хочется признавать свои ошибки.