Еще несколько минут назад мне хотелось услышать его голос. Какое-то мимолетное помутнение, а теперь желаю сказать много гадостей и кинуть телефон. Но сдерживаюсь, учусь.
Слышу глухой звук и негромкий хлопок, а потом звук улицы и вой сирен: Глеб вышел на балкон и открыл окно. Кто знает, может, сейчас мы смотрим друг на друга, а может, просто в одном направлении.
– Ты дома? – осторожно интересуется он.
– А где мне еще быть?
– С ним.
– Навицкий, ты ревнуешь?
Молчит. Только шумный вдох.
– Что молчишь?
– Боюсь задать вопрос и получить на него ответ.
– Так не для этого ли мы играем?
– Этот ответ может меня убить, – он недобро усмехнулся, а мне еще больше захотелось узнать про его вопрос.
– Помнишь время в нашей квартире? – решаю я сменить тему. Мне сейчас просто хочется его слушать, просто разговаривать, узнать его – нового Глеба.
– Помню.
– А что тебе запомнилось больше всего?
– Хм, – снова улыбается, на этот раз я вижу эту улыбку перед собой и хочется улыбаться так же, потом привстать на носочки и дотянуться до его губ и оставить короткий поцелуй, – ты.
– Хочу тебя спросить тоже самое, – я говорю тихо, но Глеб прекрасно меня слышит.
Нас снова прерывают. Я слышу ее шаги и сладкий голосок. Глеб вздыхает, и я отчего-то знаю, что он не хочет прекращать наш разговор.
– Давай встретимся? – спрашивает быстро.
Я встаю со стула, на котором сидела, телефон сжимаю сильно, даже пальцы затекли. Сердце бьется чаще, а ладони начинают потеть. Так всегда было, когда я начинаю волноваться.
– Когда?
– Когда сможешь?
Хочется сказать сейчас. Я могу сейчас.
– Завтра, вечером.
– Почти свидание, – я слышу его смех.
– Пока.
– Пока.
– Эй, Апраксина, а ты почему звонила то?
– Просто захотелось с тобой поговорить. И извиниться.
– За что?
– Что была слишком импульсивна сегодня. Не сдержалась, ударила тебя, нагрубила.
– Ты и есть ведьма. Темная и злая.
– Навицкий! – теперь смеюсь я.
– Пока, Мила.
– Пока Глеб.
Звонок прервали одновременно. Это не точка, это запятая. Улыбаюсь пустой стене в зале. Как-то глупо. Но счастливо. Мне наконец-то хорошо. Я знаю, между нами слишком много вопросов, много “но”, мы вообще несовместимы. Только вот завтра я снова увижу Глеба и радуюсь этому как та Мила давным-давно.