Впрочем, доктор сам продолжил, явно не нуждаясь в собеседнике.
– Нужно было отговорить тебя, бестолковый я старик! Ведь знал же, что за такое она тебя в покое не оставит! Но ее слухи превзошли все мои ожидания. Нет, это надо же? Объявила тебя воровкой и мошенницей! И за что? За что я спрашиваю?
Он потряс кулаками в воздухе, возмущенно пыхтя на манер паровоза.
– За то, что это безголовая курица ничего не смыслит в целительстве! Бездна ее побери! Это же...
Я перебила его, тихонько вставив:
– Правда...
Не про воровство, а про то, что Тиана всего лишь пересказала горячие новости столичной академии.
Тиана капнула глубже и нашла занимательную историю.
– Как? – доктор опустился на стул, растерянно рассматривая меня.
Я пожала плечами и призналась:
– Меня действительно сослали к вам в академии из-за разразившегося скандала.
На меня вновь напала усталость – от мыслей и надежд, что успел пробудить во мне Винс своими намеками на то, что неужели я так просто сдамся? Я уже сдалась, и нет смысла продолжать борьбу. Будет куда проще, если все будут считать меня расчетливой дрянью, а не милой девушкой.
Наверное, проще...
– Быть этого не может, – выдохнул он потрясенно и схватился за сердце.
– Доктор Аттэ? – я обеспокоенно подскочила с места. – Что с вами? Вам плохо?
Я подошла к мужчине, и опустилась у его ног.
– Не может же, да? – он выглядел как заблудившийся ребенок, который очень не хочет верить в то, что остался один.
Мне стало жаль его.
– Какая теперь разница, – отмахнулась от его вопроса и деловито уточнила, – где у вас сердечные капли?
Попутно схватила его руку, показавшуюся мне ужасающе холодной, просто ледяной и принялась отсчитывать пульс.
Он молчал, лишь смотрел на меня, и в его тусклых водянистых глазах разрасталось непонимание.
– Где капли? – уже мягче спросила вновь.
Странно, пульс в норме, но выглядел он, прямо скажу, неважно. На лбу выступила испарина, лицо превратилось в восковую маску – серую и безжизненную. Да и руки пробирала мелкая дрожь.
Он махнул на стеллаж, что стоял напротив нас. Не говоря больше ни слова, подошла к нему, распахнула стеклянные дверцы и тут же схватила нужный пузырек.
Бокал с водой нашелся тут же – на столе.
– Вот, выпейте, должно стать легче.