Я вспотела пока лежала там и не дышала. Саши с Максимом не было очень долго, я перестала надеяться, что они придут. Игнат уже дважды заглядывал ко мне. Я не знала, что это он, поэтому притворялась спящей. Но, даже поняв, что это Воронов не спешила ему улыбаться. Как только он узнает, что я сбежала, перестанет быть милым.
В дверь негромко постучались. Меня снова парализовало от страха.
— Ева, ты спишь? — раздался тихий нежный голос рядом с кроватью.
— Нет, — счастливо ответила я. Анестезия уже отходила и я ощущала в полной мере боль.
— Конечно. Что у тебя болит? Может Игната позвать? — Александра протянула мне сумку с одеждой.
— Нет! Не надо никого звать, со мной все хорошо! Саша, мне срочно нужно покинуть больницу! И чтобы об этом не узнал Воронов, он меня точно не отпустит. — вытащив достаточно теплую куртку из брендового пакета, я надела ее прямо поверх халата.
— Там и белье есть, и одежда.
— Спасибо, но мне нужно отсюда уйти.
— Я не могу так поступить, Ева. Если Игнат…
— Саша, это вопрос жизни и смерти. Пожалуйста. — ответить она мне не успела, кто-то приближался к палате и я уже по привычке спряталась под одеялом. Делала я это быстро, поэтому мои ребра и порез нещадно обожгло болью.
— Кто тут у нас? — услышала голос Лазаря и подавила стон. Я потела, как в парилке. От боли и оттого, что залезла в куртке под одеяло.
— А вы собственно кто? — голос мягкой и нежной Саши сейчас звучал очень твердо.
— Я врач.
— Лечением моей подруги занимается доктор Воронов, мнению незнакомых нам специалистов мы не доверяем, — отрезала она. Другой бы уже покинул палату получив прямое оскорбление, но Лазарь увидел красивую девушку и пропустил ее слова мимо ушей.
— А могу я узнать ваше имя? Не часто к нам в отделение попадают такие красавицы.
«Вот дурак, сейчас ее муж сделает из тебя евнуха!» — вслух предупредить его я, конечно, не могла, но мысленно просила брата исчезнуть.
— Вы на работу приходите, чтобы флиртовать? — искренне возмутилась Александра.
По-моему, Лазарь впервые не знал, что ей ответить.
— Нет, я прихожу сюда спасать людей, но одно другому не мешает.
— Вот и спасайте! Не буду вас задерживать, а здесь все живы и практически здоровы.
— Все хорошо? — послышался от двери еще один мужской голос. Я не спешила радоваться, вдруг обозналась.
— Да, а вы собственно кто? — строго спросил Лазарь.