Столичный доктор. Том II (СИ)

Шедшiй из Лигница товаро-пассажирскiй по?здъ, приближаясь къ станцiи Раутенъ, сошелъ съ рельсовъ, сшибъ барьеръ и вр?зался въ зданiе вокзала. Машинистъ убитъ; ранены кочегаръ и много пассажировъ; н?которые умерли.

МОСКВА (В?домости), 27-го iюня. Ужасная трагедiя разыгралась на р?к? у Софiйской набережной. Около 11 час. утра неизв?стный, телефонировавшiй на 03 в больницу Скорой медицинской помощи т-ва «Русскiй медикъ», сообщилъ о многих утонувших у Москвор?цкаго моста.

Вскор? прибывшiй на м?сто трагедiи оберъ-полицмейстеръ Власовскiй после доклада доктора Баталова отметилъ челов?колюбiвый героизмъ спасателей и слаженные д?йствiя медиковъ вернувшихъ къ жизни 6 погибавшихъ.

Т?ла остальныхъ несчастныхъ разыскиваютъ по р?к?. Итальянскiй подданный Джованни Стричелли, проводившiй урокъ плаванiя въ опасномъ м?ст? безъ разр?шенiя полицiи, задержанъ и даетъ показанiя.

Я отложил утренние газеты, прихлебнул кофе. В глаза можно вставлять спички, спать хотелось неимоверно. Кофе тоже не особо помогал.

Я уже склонялся к мысли устроить себе утреннюю пробежку. А потом выполнить разминочный комплекс у-шу, чтобы окончательно согнать сон. Лечь смог только во втором часу ночи, да и остальные сотрудники разошлись не раньше. Мне пришлось даже распорядиться открыть столовую и выдать врачам и фельдшерам по паре рюмок водки. Благо на леднике была ветчина, сыр — нашлось чем закусить. Все ринулись сбрасывать стресс, делиться эмоциями. Посыпались предложения, как лучше было проводить реанимационные мероприятия, даже Россолимо сразу не уехал домой, а остался поболтать с докторами.

Ни на какое суаре вчера я, разумеется, не успел. Пока переодевался, пока давал интервью Гиляровскому — наступило десять вечера. Двух из спасенных «утопленников» привезли к нам в клинику — пришлось идти на обход, проверять их состояние. Благо я был единственный, кто не пил в столовой. Надо бы всех пострадавших к нам, потому что отсроченное утопление — дело серьезное, но нам для борьбы с этим остается пока только икона великомученика Пантелеймона.

Кстати, пожертвование, не абы как. Ее нам подарил купец после чудесного спасения своей жены от острого холецистита. Лучше бы деньгами, конечно, но произведениями искусства — тоже ничего.

«Дядя Гиляй» шел за мной словно на привязи, и потребовал себе халат, чтобы иметь доступ в отделения. Для пиара я ему разрешу даже санитаром работать. Или заместителем Жигана по безопасности. Кстати, они оказались знакомы.